«Мы проигрываем в ценовой конкуренции»

Качественный скачок, который произошел в российском издательско-полиграфическом комплексе за последние десять лет, стоил нашим печатникам «свободы»: они стали полностью зависимыми от импортных поставок оборудования и бумаги. О том, к каким неприятностям это привело и как их можно преодолеть, рассказывает президент Межрегиональной ассоциации полиграфистов Борис Кузьмин

Михаил Сидоров

Борис Александрович, какие основные проблемы сейчас стоят перед российской полиграфией?

Борис Кузьмин: Полиграфистов волнует, например, деградация населения, которое перестает читать. От этого в значительной степени зависит благополучие отрасли. Но особенно остро сейчас стоит проблема конкуренции с зарубежной полиграфией в сегментах высококачественной журнальной продукции — так называемого глянца, а также высококачественной упаковки и этикеточной продукции. Мы проигрываем в ценовой конкуренции, и отечественные заказчики предпочитают размещать заказы за рубежом.

Почему проигрываете?

Б. К.: Наша полиграфия импортозависима. Причем не только в оборудовании, но и в материалах. Например, в нашей стране никогда не производились, не производятся и в ближайшем будущем производиться не будут мелованные сорта бумаги. Тем не менее в России установлены ввозные пошлины на мелованную бумагу — 15 процентов. А на готовую продукцию пошлин нет, зато есть льготы по НДС — 10 процентов. Мы же платим пошлины за бумагу, несем транспортные расходы, платим налоги, плюс к этому выпущенная в России продукция облагается полным НДС — 18 процентов. А размещая заказ за рубежом, издатель получает более дешевую бумагу и привозит готовую продукцию на льготных условиях. Качество нашей полиграфии конкурентоспособно на мировом рынке. Но сложившиеся экономические условия, политика правительства не способствуют развитию отечественной полиграфии.

Но в России дешевле электроэнергия, рабочая сила…

Б. К.: Это все пропагандистские трюки. Удельный вес этих затрат в производстве не имеет такого влияния, как вышеперечисленные факторы.

Какова рентабельность полиграфических работ?

Б. К.: Очень небольшая, потому и капитал к нам не идет. Средняя рентабельность по отрасли 7–15 процентов. Максимум — 20 процентов.

Какая доля заказов достается западным полиграфистам?

Б. К.: В 2006 году в Россию было ввезено печатной продукции на 650 миллионов долларов — сюда входит цена бумаги и другие накладные расходы. А объем предоставленных в России полиграфических услуг составил около 2 миллиардов долларов. Таким образом, теряем около 25 процентов. А могли бы печатать сами. Но в 1995 году бумажники убедили правительство, что для развития отечественного производства необходимо вводить защитные меры, и добились введения пошлин на импорт мелованной бумаги. Однако за десять лет ничего не изменилось. И за следующее десятилетие ничего не изменится. Более того, даже если бы завтра в России было создано производство высококачественной бумаги, оно оказалось бы никому не нужным и прогорело бы. Бумагоделательная машина стоит миллиард долларов, ее мощность составит 300–400 тысяч тонн. А мы мелованной бумаги потребляем 250 тысяч тонн. И если разбить эти 250 тысяч по номенклатуре, то нам требуется 50 тысяч тонн одного вида, 25 тысяч — другого, МИХАИЛ СИДОРОВ сколько-то — третьего. Мы используем десятки видов мелованной бумаги. Одна же машина не может делать много сортов. Поэтому нам нужен свободный доступ на мировой рынок. А у российского предприятия не будет сбыта. Экспортировать оно ничего не сумеет — за границей своей бумаги хватает. Мы же можем развиться, и тогда у бумажников будет более емкий рынок. Тогда и они смогут выпускать две-три номенклатуры этой бумаги и как-то на рынке конкурировать.

Как, на ваш взгляд, будет развиваться ситуация в полиграфии в дальнейшем?

Б. К.: Нас ждет усиление конкурентной борьбы с телевидением, компьютерными играми и так далее. Но как только Россия вступит в ВТО, нам придется бороться вообще со всем миром. Отечественные заказчики уже сейчас печатаются в ближнем и дальнем зарубежье. Сегодня уже все Зауралье печатается в Китае. Без изменения экономической ситуации в нашей отрасли выдержать ценовую конкуренцию с Поднебесной мы не сможем. Нам останутся журналы с тиражами от тысячи до трех тысяч экземпляров, которые могут печатать небольшие предприятия и которые бессмысленно выпускать за рубежом. А более или менее тиражные издания уже печатаются за границей — «Огонек», «Крестьянка» и так далее. Так что вопрос с ввозными пошлинами, в конце концов, должен быть обязательно решен в нашу пользу. Возможно, уже с 2008 года ставка пошлин сократится до 5 процентов. Впоследствии пошлины могут быть вообще отменены.

В этом случае останутся ли шансы, что в России когда-нибудь будет производиться высококачественная бумага?

Б. К.: В течение ближайших десяти лет высококачественная бумага в России не будет производиться в любом случае. Создание такого производства стоит огромных денег. А обоснование построено на песке. Это — блеф. Интересно, что российские производители бумаги поддерживают наши усилия по отмене ввозных пошлин. Например, РАО «Бумпром». В сложившейся ситуации очевидно, что одна отрасль, решая свои проблемы, повышая эффективность своего бизнеса, может разорить другую. При этом многие и в полиграфии, и в бумажноцеллюлозной промышленности понимают, что создать в стране производство мелованной бумаги пока невозможно. Зачем же тогда мешать развиваться полиграфии? Была поставлена задача организовать производство с высокой степенью переработки сырья, в том числе леса. А отдельные функционеры лесопромышленного комплекса, вместо того чтобы сосредоточиться, грубо говоря, на производстве вагонки, решили, что нужно строить бумажный комбинат. Но при осмысленной мировой кооперации, может быть, этого не нужно делать. Может, лучше заниматься все-таки досками? Ведь новый ЦБК все равно в глубокой переработке леса составит незначительную часть. И эффекта это не даст. Ведь номенклатура у нас, повторюсь, огромная. И нужно понимать: если ввозные пошлины на мелованную бумагу продержатся десять лет, то российская полиграфия просто погибнет. Уже бывшие страны СССР становятся более конкурентоспособными, чем мы.