"Рынка промышленного дизайна у нас вовсе не видно"

Председатель совета директоров SmirnovDesign Group Сергей Смирнов, в конце прошлого года возглавивший созданную для взаимодействия с государством Коллегию дизайна, рассказал "Энергии промышленного роста", каким он видит будущее отрасли

Наталья Иркутская

В какую сумму вы оцениваете объем рынка российского промдизайна?

Сергей Смирнов: Рынок промдизайна я оценил бы как очень скромный, можно сказать, что его и вовсе не видно. У меня есть ощущение, что у бизнеса просыпается заинтересованность в дизайне, а государство откликнулось на эту волну интереса. Если концепция развития российского дизайна будет принята, благодаря государственному финансированию рынок может стать на порядок больше. Особо помогать дизайну не нужно. Достаточно развивать образование дизайнеров, а также самих клиентов, которые зачастую не знают возможностей отрасли, у них есть проблемы с пониманием "зачем я должен платить за дизайн?".

В рамках концепции (имеется в виду разработанная МЭРТ при участии Минпромэнерго и представителей отрасли государственная концепция развития отрасли до 2008 года, которая 26 апреля должна обсуждаться на межведомственной комиссии. — "ЭПРО") предполагается государственное софинансирование, то есть оплата заказчику до 50 процентов разработки и исследований той или иной модели. Если наши услуги будут востребованы на рынке, отрасль разовьется сама.

Не может получиться так, что частичное госфинансирование разработок приведет к дальнейшему росту цен на отраслевые услуги?

С. С.: Конечно, в любом софинансировании может оказаться коррупционная составляющая. До последнего времени у дизайнерского сообщества не было органа, который бы координировал действия отрасли именно с точки зрения бизнеса. Когда судьбой нашей отрасли заинтересовалось государство, основные игроки на рынке промдизайна решили создать Коллегию дизайна, которая нацелена на лоббизм интересов отраслевых компаний. Этот орган может контролировать расходование финансов, чтобы они не ушли к неизвестным на рынке компаниям-однодневкам, созданным специально для освоения денег. Коллегия была создана в конце прошлого года, и пока она делает первые шаги.

Сейчас российские производители FMCG (Fast Moving Consumer Goods — товаров массового спроса) в основном предпочитают компоновать товар из готовых полуфабрикатов в странах Азии, а не заказывать дизайн нового продукта в России. Что нужно сделать для изменения этой ситуации?

С. С.: Российские компании в основном заказывают товар в Китае по схеме ODM (продукт компонуется из готовых полуфабрикатов, на нем проставляют торговую марку заказчика. — "ЭПРО"). Так работают, например, компании, производящие продукцию под брендами Vitek, Bork, Scarlett. Они считают, что им не нужен дизайн.

Такая логика, вероятно, связана с тем, что китайцы могут предложить разнообразные модели — они мощно копируют другие бренды. Как только мировые брендовые производители проводят презентацию какого-то нового проекта, сразу же появляются полчища китайцев и их агентов с цифровыми фотоаппаратами и фотографируют продукт со всех сторон. Со страшной скоростью модель копируется. А чтобы не нарушать авторских прав, в ее дизайн вносятся небольшие изменения. Также многие китайские производители имеют легальное право продавать продукцию западных брендов в Россию и СНГ под местными марками.

Я бы не сказал, что это критично. Ведь здесь возможна схема, когда разработка производится в России, а изготовление — в Китае. Китайцы могут дать скидки на изготовление пресс-форм, оснастки. Если им нравится продукт, они могут сделать его по себестоимости.

В чем проблема тех производителей, которые заказывают продукт по схеме ODM? Они не контролируют стиль товара, потому что приобрели готовый дизайн, разработанный для другого бренда. Допустим, с азиатами подписывается договор, что эти модели в страну будут поставляться только для конкретного заказчика. Но продукция компании, у которой позаимствовали дизайн, тоже может попасть в Россию через дилеров. Естественно, бренд у нее другой. Потребитель путается, а компания, заказавшая сборку продукции, получает мощный удар по репутации. У нас есть целый список клиентов, которые обратились в SmirnovDesign после таких проблем.

В каких случаях компаниям выгоднее разрабатывать промдизайн моделей штатными усилиями, а в каких заказывать работу у внешних исполнителей?

С. С.: Не все можно сделать своими силами. У крупных компаний есть дизайнерские отделы, но иногда им требуется новый, свежий взгляд. Или они обращаются к дизайнерской студии, потому что она имеет большие компетенции в исследовании той области, в которой разрабатывается продукт. Например, мы сейчас работаем по заказу корпорации Samsung, она заказала нам масштабное исследование рынка на тему ментальных, эмоциональных предпочтений российских потребителей в промдизайне. Для России это будет первое исследование такого рода. А ведь в Samsung работает около четырехсот штатных дизайнеров. Однако компании важно узнать, каков российский образ мышления при помощи местных кадров.

На Западе широко распространена практика, когда дизайнерская компания получает роялти с каждого проданного экземпляра инновационного продукта. Насколько такой подход распространен у нас?

С. С.: Такая практика допустима для продукции, в которой дизайн играет решающую роль. Российский бизнес неправильно воспринимает подобную схему сотрудничества. Когда дизайнер предлагает заказчику большую скидку или делает промдизайн бесплатно, они не считают его соинвестором. Предприниматели думают, что дизайнер "упал по цене", просто потому что у него маленький бизнес, не хватает заказов или еще по каким-то причинам. Хотя на Западе, вы правы, эта практика очень распространена.

Мы делали в таком режиме модели спортивных тренажеров. Такая модель сотрудничества с промдизайнерами выгодна для венчурных проектов. Сэкономив на первоначальных затратах на new product development, инвестор снижает риски. А промдизайнеры в этом случае тоже становятся венчурными предпринимателями, крайне заинтересованными в коммерческом успехе своего продукта.

Реальна ли разработка национальных стандартов в области дизайна для государственных и муниципальных нужд? Можно ли представить, что, например, к участию в тендере по закупкам, допустим, оборудования для школьной лаборатории или техники для уборки улиц не будут допущены те претенденты, которые представили продукцию неэстетичного вида?

С. С.: Я считаю, что в отрасли должны быть система стандартов качества. Но госрегулирование таит в себе некую опасность. ГОСТы, образовательные стандарты в сфере дизайна будут разрабатывать дизайнерские центры, которые будут созданы в рамках госконцепции развития отрасли. Но кто будет создавать эти центры, кто будет в них работать?

статья из журнала № 5 [16] Май 2007