АПК

Агропром попал в переделку

Главные тренды в перерабатывающем секторе российского АПК — резкий рост производства мяса бройлеров и свинины, а также сокращение выпуска подсолнечного масла. Тенденции роста обещают продлиться еще несколько лет, тогда как спад должен завершиться в следующем году.

Михаил Сидоров
Рисунок Константина Батынкова

В последнее время объем производства сельхозпродукции в России медленно, но верно растет (см. графики 1). Одни эксперты называют это «слишком медленным ростом», другие — «стабильным ростом». Но практически все сходятся во мнении, что в результате этого роста, каким бы он ни был, к сегодняшнему дню в аграрном комплексе и на рынке продуктов питания сложилась довольно противоречивая ситуация.

Благодаря реализации приоритетного национального проекта по развитию АПК в отрасль наконец-то пришли долгожданные масштабные инвестиции. Казалось бы, крестьянам и фермерам только радоваться. Однако уже сегодня многие опасаются возникновения кризиса перепроизводства. В стране есть инвестиционно привлекательные регионы с благодатным для птице- и животноводства климатом, но там существует недостаток мяса и кур. Мы импортируем примерно половину всех продуктов питания. И вместе с тем в России по ряду позиций сегодня наблюдаются симптомы затоваривания рынка, в связи с чем отечественные производители вынуждены сокращать объемы производства.

Тем не менее, невзирая на «инвестиционно-маркетинговые» парадоксы и угрозы, которые несет в себе финансовый кризис, мода на сельское хозяйство, распространившаяся в среде крупного российского бизнеса в начале нулевых, сохраняется. Агрохолдин-ги укрупняются, число их растет. Они все глубже внедряются в регионы и все ближе подбираются к покупателям — не только растят и производят, но уже и сами торгуют своей продукцией.

Первые ростки

В США 80% производства сельхозпродукции приходится на 8% крупнейших хозяйств страны. В России же на сегодняшний день основными производителями сельхозпродукции остаются малые хозяйства. У нас существуют десятки крупных агрохолдингов, а средние и мелкие исчисляются сотнями (см. таблицу 1). Но в целом на всех них приходится лишь 15-20% производимого в стране продовольствия (в 2007 году продовольствия в России было произведено более чем на 2 трлн рублей).

Но если в Америке крупные эффективные хозяйства существуют уже не один век, то в России частные вертикально интегрированные агрохолдин-ги начали появляться сравнительно недавно — после кризиса 1998 года. Первые из них выросли из перерабатывающих предприятий и компаний. Произошедшая девальвация рубля заставила население покупать дешевую отечественную продукцию, а переработчиков — заняться поиском недорого сырья и развивать собственное сельхозпроизводство. Первопроходцами стали, например, изготовитель молочных продуктов и соков «Вимм Билль Данн», скупивший множество подмосковных хозяйств, Черкизовский мясокомбинат, начавший активно инвестировать в животноводство и в результате впоследствии превратившийся в группу «Черкизово» и др.

Некоторые агрохолдинги выросли на базе торговых компаний, которые озаботились созданием собственной стабильной сырьевой базы. Таким образом, например, появились на свет холдинги «Евросервис» и «Оптифуд».

Позднее, когда в стране несколько улучшилась экономическая ситуация и в большинстве отраслей в основном завершился передел собственности, сельское хозяйство попало в зону внимания непрофильного крупного бизнеса. Большие промышленные компании увидели возможность за копейки приобрести серьезные сельскохозяйственные активы и неплохо на них заработать. Например, компания «Металлоинвест» создала холдинг «Стойленская нива» в Белгородской области, Елена Батурина и ее брат Виктор Батурин в той же области основали «Интеко-Агро», а концерн «Интеррос» породил холдинг «Агрос», потратив на его создание 100 млн долларов.

Таблица 1. Агрохолдинги, входящие в число 400 крупнейших компаний России

Источник: Рейтинговое агентство «Эксперт РА»

Еще позднее российскими угодьями соблазнились транснациональные компании. В частности, ведущий мировой трейдер Glencore занялся зерном, а крупный сельхозпроизводитель Bunge наладил производство подсолнечного масла.

Вместе с тем часть холдингов была создана как объединения хозяйств, отошедших инвесторам за долги. Таким образом, например, «Альфа Групп» создала на Кубани компанию «Агрохолдинг», «Межрегионгаз» — «Орловскую ниву», а «Орелтранс-нефть» — «Орелагро».

Корова свинье не товарищ

Наверное, главной тенденцией последних лет в российском сельском хозяйстве и, соответственно, в жизни российских агрохолдингов является увлечение аграриев производством свинины и мяса бройлеров. Как считают отраслевые эксперты, принятые в ходе национального приоритетного проекта по развитию АПК меры оказались эффективными в первую очередь именно для этих секторов агробизнеса.

В частности, благодаря тому, что государство стало компенсировать процентные ставки по кредитам для малых хозяйств и сельхозпредприятий, число свинокомплексов и птицефабрик в стране увеличилось в разы (подробнее см. интервью на стр. 19). Только в свиноводстве уже реализовалось и реализуется около 140 крупных проектов. Суммарный объем инвестиций в подотрасль с 2005-го по 2007 год составил около 150 млрд рублей.

В январе-августе 2008 года объемы производства свинины выросли на 13,6% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года (см. график 3). И, как считает генеральный директор Института аграрного маркетинга (ИАМ) Елена Тюрина, этот рост стал следствием запуска первых очередей проектов, стартовавших в 2005-2007 годах — в период реализации нацпроекта.

Лидерами в производстве свинины сегодня являются компании «Миро-торг», «Талина» и «Агробелогорье» (Белгородская область), группа «Экси-ма» (Орловская область), группа «Черкизово» (Липецкая, Пензенская, Воронежская области). По данным ИАМ, у каждого из этих холдингов уже работают или строятся свинокомплексы мощностью свыше 500 тыс. голов. Среди работающих только около 30% имеют так называемые убойные мощности и, таким образом, могут производить полуфабрикаты. А среди строящихся убойные мощности будут иметь 40% свинокомплексов.

Что касается птицы, то за январь-август производство мяса бройлеров расширилось почти на 20% (см. график 2), и предполагается, что объемы будут интенсивно расти и впредь (также, кстати, как и объемы производства свинины). В 2005-2007 годах в птицеводство было инвестировано около 90 млрд рублей.

Здесь лидерами являются «Приосколье», «Белгранкорм», «Кочетков» (Белгородская область), группа «Черкизово», птицефабрика «Северная» (Ленинградская область), «Моссельп-ром» (Подмосковье), «Ставропольский бройлер», ГАП «Ресурс» (Ставропольский край), «Сибирская губерния» (Красноярский край), группа «Продо» (Омская область).

Каждая из этих компаний, по данным ИАМ, имеет долю рынка 3-5%, а к 2010-2011 годам расширит свое присутствие до 6-15%. Конечно, как отмечают эксперты, если им не помешает нынешний финансовый кризис. В этой связи в Институте аграрного маркетинга отмечают, что более мелкие производители, а существуют компании с рыночной долей в 0,1% и меньше, «будут иметь проблемы с развитием».

Еще одна характерная черта развития сегмента — крупные компании развиваются, не поглощая мелкие. Лидеры предпочитают не покупать старые птичники и свинарники, а строить новые комплексы с современными технологиями и часто — с убойными мощностями. Причем возводятся они довольно быстро — модульным способом. И постепенно начинают выходить за рамки своих регионов — мест базирования. Например, «Продо» уже имеет ряд производств в разных областях, белгородское «Приосколье» сейчас строит птицефабрику в Алтайском крае, а белгородская же «Талина» размещает производство в Ростовской области.

Все это контрастирует со спадом, который наблюдается в производстве крупного рогатого скота — мясных коров. Официально в производстве КРС зафиксирован крохотный рост — 0,5% за январь-август 2008 года по сравнению с аналогичным прошлогодним периодом (см. график 4). Но, по мнению специалистов, это связано с увеличением поголовья молочного стада и, соответственно, увеличением поголовья бычков, которые идут на убой. А собственно поголовье российского мясного стада сокращается.

В основном говядину у нас в стране поставляют мясо-молочные комплексы, она, по сути, является побочным продуктом молочных ферм, и как самостоятельная сфера хозяйствования производство говядины существует лишь в нескольких регионах, да и то очень точечно. В основном выращиванием КРС занимаются в Калмыкии. Там мясных коров, благо позволяют климатические условия, растят по методу беспривязного содержания. Также этот метод практикует несколько хозяйств в Тульской, Калужской и Липецкой областях. Но что в Калмыкии, что в Черноземье выращиванием КРС занимаются относительно небольшие сельхозпредприятия — 300-500 голов. Укрупнять фермы не позволяет специфика откорма этих животных (подробнее см. в интервью с Василием Узуном из Всероссийского института аграрных проблем и информатики — «Теорема фермы»). Так что крупных холдингов в этой подотрасли не существует. А мясокомбинаты и, собственно, супермаркеты потребляют главным образом импортную говядину.

Без салями

Производство продуктов более глубокой переработки мяса — колбасных изделий — за первые восемь месяцев нынешнего года выросло на 3,6% (см. таблицу 2) по сравнению с восемью прошлогодними месяцами. Специалисты отмечают существенное снижение темпов роста выпуска этой продукции — ранее объем производства колбасы ежегодно увеличивался на 9-11%. Замедление объясняется насыщенностью колбасного рынка.

Крупнейшие производители расположены в Московском регионе. Это широкоизвестные мясокомбинаты группы «Черкизово», «Микоян», «Царицыно», «Кампомос», «Останкинский». Также есть мощные предприятия на Юге — прежде всего Сочинский комбинат и группа «Тавр» в Ростовской области, на Урале — Екатеринбургский мясокомбинат, в Сибири — Новосибирский и Кемеровский мясокомбинаты.

Эти предприятия строились еще в советские времена и были ориентированы на потребности целых регионов. Отсюда — огромные масштабы производства. Например, «Тавр» выпускает 140 тонн колбасных изделий в сутки. При этом каждое из них занимает рыночную доле менее 2%, поскольку в стране существует масса мелких производителей. Причем консолидация, как подчеркивают эксперты, для этого сектора не характерна. Но характерна экспансия в «чужие» регионы, где комбинаты не только продают свою продукцию, но и строят производственные мощности. Например, все как один московские заводы имеют производства в областях Центрального федерального округа. А непосредственно Царицынский мясокомбинат вообще ориентируется на продажу своей продукции вдали от «дома».

Также отметим, что сегодня практически каждый из крупных мясокомбинатов — это агрохолдинг со своими землями, на которых выращиваются зерновые и кормовые культуры, своим производством кормов, своими свинокомплексами (а иногда и птицефабриками), убойными, перерабатывающими и упаковочными предприятиями. А большинство к тому же имеют и собственные логистические компании, поскольку в настоящее время торговые сети ориентируются на прямые контракты — без транспортных посредников. В частности, уже не раз упоминавшаяся группа «Черкизово» реализует всю свою продукцию через собственные торговые дома — дом по торговле мясом, дом по торговле мясом бройлеров, дом по торговле колбасными изделиями.

А несколько лет назад агрохолдин-ги, включая региональных производителей, начали формировать и собственные торговые сети. Здесь показателен пример агрофирмы «Ариант» (Челябинская область) — крупного производителя свинины и колбасных изделий, выстроившего полный цикл производства — от выращивания и приготовления кормов до продажи мясной продукции.

По словам одного из совладельцев компании Юрия Антипова, разорить агрохолдинг может включение в производственную цепочку любого «внешнего» звена. Например, низкокачественные и дорогие корма или некачественная переработка. В то же время он уверен, что «в чужой сети невозможно контролировать качество продаж, выкладку, каждодневный подвоз», функционирующие сети «не имеют технологий, не умеют продавать качественное мясо. Персонал не обучен, нет желания. Чтобы торговать охлажденным мясом, его надо завозить два раза в день. Это все-таки удобнее делать в небольшом фирменном магазине». По перечисленным причинам «Ариант» в настоящее время создает собственную торговую сеть из 60 магазинов в Челябинской и Екатеринбургской областях.

Молоко убежало

Интересная ситуация складывается в молочной сфере. При ничтожном приросте объемов производства молока — всего на 0,4% за январь-август нынешнего года и падении производства цельномолочных продуктов за тот же период почти на 5% — наблюдается существенный рост выпуска детских молочных продуктов — более 23% (см. график 5 и таблицу 2).

Все дело в том, что в 2007-2008 годах молоко и цельномолочные продукты подорожали на 20-30%, и в результате, как отмечает директор Института конъюнктуры аграрных рынков Дмитрий Рылько, многие люди стали меньше их покупать — сократилась емкость рынка. Что же касается роста в сегменте детских молочных продуктов, то это объясняется тем, что, во-первых, на детях не экономят, и на детском питании особенно. А во-вторых, нужно учесть и то, что в стране медленно, но верно растет рождаемость и снижается детская смертность.

Лидерами в производстве молочных продуктов в стране являются «Вимм Билль Данн», «Юнимилк», «Кампина», «Эрманн», «Данон». Как и мясоперера-ботчики, крупные молочные предприятия выстроили полные циклы производства от сырьевой базы (собственные коровники и пункты сбора молока, поставляемого сторонними поставщиками) до дистрибуции конечной продукции.

Изначально ориентируясь преимущественно на московский рынок, эти предприятия постоянно увеличивали объемы продаж и проводили мощные рекламные кампании. В результате московский рынок оказался затоваренным, и компании столкнулись с необходимостью расширять географию как продаж марочной продукции, так и производства. Перечисленные выше компании и стали первыми производителями молочных продуктов, начавшими экспансию в регионы, главным образом на Юге страны.

Для молочной сферы, в отличие от производства колбасы, как раз характерно укрупнение предприятий не за счет строительства новых заводов, а за счет приобретения уже существующих. На крупные компании-холдинги приходится порядка 30-40% производства молочной продукции в стране. Остальное выпускают отдельные заводы, заводики и хозяйства. Так что выбор у холдингов был в общем-то богатый. Чем они и не преминули воспользоваться. Например, крупнейший производитель молочной продукции в России «Вимм Билль Данн» приобрел не только самые мощные молокозаводы в Москве, но и целый ряд предприятий от Владивостока до Балтики, включая молокозавод и в Алтайском крае, где, как считается, хорошая сырьевая база и относительно дефицитный рынок с низким уровнем конкуренции.

Впрочем, холдинги строят и новые предприятия. В частности, компания «Юнимилк» совсем недавно запустила завод «Петмол-5» в Санкт-Петербурге. Считается, что сегодня это самое современное предприятие в молочной отрасли России.

Замасленный рынок

Помимо снижения темпов производства колбасы и сокращения выпуска цельномолочных продуктов аналитики отмечают и такую негативную тенденцию в аграрном секторе, как уменьшение объемов подсолнечного масла и хлеба.

Подсолнечное масло — лидер спада производства среди продуктов питания. За январь-август нынешнего года объем выпуска этого продукта сократился на 27% (см. таблицу 2).

Крупнейшие из них — «Юг Руси» (марка «Золотая семечка»), Bunge («Олейна» и Ideal), «Астон» («Затея»). Эти игроки сами выращивают подсолнечник, перерабатывают его на своих заводах и реализуют через собственные дистрибуторские структуры. На долю указанных предприятий приходится почти половина всего объема производства подсолнечного масла в стране.

Систематически увеличивая объемы выпуска в последние годы, производители буквально наводнили маслом рынок, и, что интересно, при этом они повысили отпускные цены. Розничные сети, соответственно, тоже подняли цены. И в результате получился довольно резкий ценовой скачок: если в прошлом году потребитель мог купить литровую бутыль масла за 40 рублей, то в этом — как минимум за 60. Разница оказалась ощутимой, в связи с чем в стране и сократилось потребление этого продукта. Но если цены стабилизируются, то падение производства, по мнению аналитиков, остановится уже в следующем году.

А выпуск хлеба и хлебобулочных изделий снизился на 4% (см. таблицу 2). И здесь тоже свою роль сыграла насыщенность рынка, и также проявляется тенденция к снижению потребления хлеба российским населением. Но вызвано это не удорожанием — цены на хлеб как социально значимый продукт производители задирать не могут. А тем, что россияне в принципе все меньше едят хлеба. Ситуация по регионам различается, но закономерность очевидна: чем богаче регион, тем меньше его население потребляет хлеба.

В 2007–2008 годах целый ряд молочных продуктов подорожал на 20–30%. В результате многие люди перестали их покупать, в связи с чем сократилась емкость рынка и снизился объем производства

Крупные производители хлеба в нашей стране — это зерновые холдинги, которые обзавелись собственными мукомольнями и, разумеется, приобрели хлебозаводы. Среди таковых можно назвать, например, агрохолдинг «Стойленская нива», сравнительно недавно скупивший целый ряд хлебозаводов в Центральном Черноземье, компанию «Настюша» — крупного производителя муки, который приобрел несколько крупных хлебозаводов в Москве, и др.

Есть на этом рынке и иностранцы. В частности, крупнейший финский производитель Fazer, который не выращивает зерно, но владеет рядом мощных предприятий в Питере и Москве. В том числе крупнейшим в северной столице ОАО «Хлебный дом», занимающим 15% городского рынка, и ОАО «Экспериментальный кондитерско-булочный комбинат "Звездный"», крупнейшим в Москве комплексом по производству хлеба, кондитерских изделий и быстрозамороженных тестовых полуфабрикатов.

Бороться со снижением потребления хлеба в стране производители намерены с помощью маркетинговых приемов, доселе на российском рынке не применявшихся. Прежде всего это брендирование. И пионером в этом деле стал западный Fazer, активно продвигающий марку «Хлебный дом». Так что в скором времени в России будет печься не просто хлеб, а марочные хлебные изделия.

статья из журнала № 10 [28] ноябрь 2008