ЛЕСПРОМ

Что не вырублено топором

Российский лесопромышленный комплекс, несмотря на огромный потенциал, оказался одним из самых уязвимых звеньев российской экономики в смысле глобальной конкуренции. Главная причина сложившейся ситуации - отсутствие четких правил игры для инвесторов. В результате отрасль остается крайне раздробленной и слабой. И справиться с проблемами под силу лишь по-настоящему крупным корпорациям

Алексей Зайко

В отличие от нефтегазовых и металлургических корпораций отечественные компании лесной промышленности не являются крупными игроками на мировом рынке и, следовательно, не имеют большого влияния на ценовую конъюнктуру. На внутреннем рынке их позиции также защищены куда хуже, чем у машиностроителей, энергетиков, предприятий пищевой промышленности. При этом конкурентоспособность компаний российского ЛПК до последнего времени обеспечивалась заделом, созданным еще в эпоху СССР. Сейчас же этот ресурс близок к истощению. Уже через несколько лет российским лесопромышленным компаниям придется на равных конкурировать с крупнейшими зарубежными производителями целлюлозы и бумаги. И без экстренных мер по созданию инвестиционной привлекательности отечественные компании почти наверняка обречены на поражение. Оснований делать такие выводы, к сожалению, более чем достаточно. С точки зрения технического и технологического оснащения российский ЛПК отстает от конкурентов как минимум на 10-15 лет (см. графики 1, 2). К примеру, добавленная стоимость на 1 кубометр заготовленной древесины составляет: в Финляндии 480 долларов, в США - 450 долларов, а в России всего 45-48 долларов (см. таблицу 3). Впрочем, ликвидировать отставание - задача вполне реальная. В советское время лесопромышленная отрасль развивалась достаточно динамично, причем не только в области заготовок и торговли круглым лесом.

Лес без края

Таблица 1. Основные характеристики лесных ресурсов России Площадь, покрытая лесом (млн га) 774,2 Общий запас древесины (млрд куб. м) 81,9 Запас спелых и перестойных насаждений (млрд куб. м) 44,1 Годичный прирост (млн куб. м) 970,4 Расчетная лесосека (млн куб. м) 551,5 Фактическая рубка по главному пользованию (млн куб. м) 130 Общий объем рубки (млн куб. м) 167,9 Заготовка древесины с 1 га (куб. м) 0,2 Использование расчетной лесосеки (%) 23,5 Источник: Федеральное агентство лесного хозяйства

Чтобы изменить ситуацию в российском ЛПК, прежде всего стоит избавиться от нескольких широко распространенных мифов. Главный из них - о якобы фантастическом лесном богатстве России. На первый взгляд с тезисом "лесные ресурсы нашей страны исключительно велики и недоиспользованы" спорить трудно. На долю РФ приходится почти четверть мировых лесов, тогда как использование расчетной лесосеки - то есть того объема древесины, который можно ежегодно вырубать без ущерба для природы, - в целом по стране составляет менее четверти (см. таблицы 1, 2). Однако надо учитывать, что большую часть российских лесных ресурсов использовать в настоящее время не представляется возможным. Несмотря на кажущуюся доступность леса в России, его промышленное освоение далеко не всегда целесообразно с экономической точки зрения. Во многом лесопромышленники объясняют это плохо развитой инфраструктурой - прежде всего отсутствием лесовозных дорог. Сейчас на 1 тыс. га лесных земель в России приходится всего 1,2 км лесных дорог, что в 10-20 раз меньше, чем в европейских странах. При этом основные мощности по переработке сосредоточены в Европейской части России, где значительная часть леса уже пущена под топор. А вот там, где находятся наши главные запасы древесины - за Уралом, лесоперерабатывающая промышленность за исключением отдельных регионов развита как раз слабо. "Россия богата землями, на которых присутствует древесная растительность, но не запасами древесины, представляющими реальную коммерческую ценность. В расчете на одного человека по запасам такой древесины Россия значительно беднее Финляндии. Из 800 миллионов гектаров лесной площади у нас доступно по экономическим показателям примерно 200 миллионов. Именно эти леса в сильной степени истощены продолжающимися рубками", - комментирует ситуацию главный научный сотрудник Санкт-Петербургского НИИ лесного хозяйства Игорь Шутов.

Зелёный клондайк

Не менее широко, чем миф о неисчерпаемом лесном богатстве, распространен другой миф - о легкости превращения имеющихся запасов леса в пачки хрустящих банкнот. Например, по оценкам Торгово-промышленной палаты, Россия может производить в год древесины и продукции из нее на сумму до 100 млрд долларов. Скорее всего, механизм такой оценки довольно прост. В России сконцентрировано около четверти запасов леса на планете при ежегодном объеме производства продукции ЛПК в мире свыше 370 млрд долларов. Следовательно, рассуждают эксперты, России с этой ее четвертью мировых запасов вполне по силам продавать продукции на 90-100 млрд долларов. Однако в такой арифметике слишком много изъянов.

Таблица 2. Экономика лесного хозяйства России (млн руб.)   2002 2003 2004 2005 Доходы лесного хозяйства: 14 334 18 282 24 698 27 651 доходы от лесопользования 4523 4936 7730 8120 доходы от использования земель лесного фонда 503 1340 2186 2200 доход от иной деятельности лесного хозяйства 9308 12 006 14 782 17 331 Текущие расходы лесного хозяйства 16 266 19 689 21 630 24 330 Источник: Федеральное агентство лесного хозяйства

Во-первых, объем капиталовложений, требуемых при реализации такого сценария, для российской лесной промышленности абсолютно неподъемен. В настоящее время отрасль работает практически на пределе своих возможностей. Несмотря на высокий износ основных средств (60-80%), мощности ведущих ЦБК используются практически на 100% (см. графики 3, 5, 6). При этом суммарные доходы отрасли оцениваются в 8-10 млрд долларов. Даже для простого поддержания результатов деятельности лесопромышленных компаний на уже достигнутом уровне им приходится вкладывать в производство 0,5-0,6 млрд долларов в год. По оценке экспертов группы "Илим Палп", для обеспечения среднегодового роста отрасли на уровне 7,5% (что вдвое выше среднемировых темпов) капиталовложения в наш ЛПК должны составлять не менее 2 млрд долларов ежегодно. Такие деньги лесная промышленность в обозримом будущем привлечь не в состоянии. Однако даже если предположить невозможное, то для достижения целевого объема продаж в 100 млрд долларов отрасли и при этих условиях потребуется более 30 лет.

Во-вторых, конкурентная среда на мировом рынке не позволяет отечественным лесопромышленникам надеяться на значительное наращивание экспорта - в освоенном российскими предприятиями сегменте продукции невысокого качества ожидать значительного роста не приходится. Если же наши производители наладят выпуск высококачественной целлюлозы, бумаги, картона, то они будут вынуждены включиться в острую конкурентную борьбу с крупнейшими мировыми фирмами. Только американские и канадские компании сегодня обладают резервами для дополнительной поставки на рынок целлюлозы в объеме 40 млн тонн. Так что о быстром росте экспортных доходов мечтать не приходится. Что же касается внутреннего рынка, то еще очень долго он будет слишком узок для нормального развития лесопромышленных компаний, и существенные подвижки в этой сфере потребуют довольно длительного времени.

Эвкалиптовая угроза

Критический анализ устоявшихся мифов необходим, чтобы четко понимать, какими именно конкурентными преимуществами располагает российский ЛПК. В реальности наши лесные ресурсы далеко не уникальны ни по объемам, ни по качеству.

Таблица 3. Сравнительные показатели развития лесного комплекса в различных странах   Россия Финляндия США Запасы древесины на корню в расчете на 1 жителя (куб. м) 561 370 83 Среднедушевое потребление бумаги и картона в России, Европе и США (кг/чел.) 35 240 340 Протяженность лесных дорог (км/тыс. га лесов) 1,2 40 10 Экспортная выручка национального ЛПК (млрд долл.) 6,6 10,2 15,3 Источники: PricewaterhausCoopers, РА "Эксперт"

"В мире сейчас происходит перераспределение мощностей, и большие компании переориентируют свое производство на страны, где более дешевое сырье. Сможет ли Россия конкурировать с этими странами - вопрос открытый", - считает директор по маркетингу и сбыту Архангельского ЦБК Антон Лойтер. Наш лиственный лес до достижения годного для переработки возраста растет от 50 до 100 лет (хвойный и того дольше). У основной промышленной породы Южной Америки - эвкалипта этот срок составляет всего от пяти до семи лет, при этом эвкалиптовая целлюлоза не уступает по качеству еловой и сосновой. Вырубленные плантации тут же засаживаются заново - сегодня плантационные деревья дают уже около 30% мировой целлюлозы. Процесс сырьевой переориентации идет при активной инвестиционной поддержке крупных финских и шведских компаний. Когда в 2010-2012 годах новые целлюлозно-бумажные комбинаты в Бразилии вступят в строй, бразильская целлюлоза станет играть на рынке доминирующую роль.

А если учесть зависимость отечественных производителей от экспорта, то обострение конкуренции может поставить под вопрос развитие российской отрасли. Свыше половины всей производимой в стране продукции лесопромышленного комплекса направляется за границу. В 2005 году, по данным ФТС, за рубеж было поставлено продукции ЛПК на сумму почти в 8 млрд долларов.

При этом основными статьями российского экспорта остаются круглый лес и полуфабрикаты сравнительно невысокой степени переработки (такие, как товарная целлюлоза и бумага сравнительно невысокого качества - см. графики 7, 8). Основными рынками сбыта выступают страны Европы, США, Китай и Япония: по данным НИИПИ леспрома, на них приходится около 75% экспорта круглого леса, 40% пиломатериалов, 30% целлюлозы из России. По данным Минпромэнерго, с 1998-го по 2005 год объем экспорта круглого леса из России вырос более чем вдвое (до 41,8 млн кубометров) и сейчас составляет больше половины всего экспорта лесопромышленной продукции. Если же к этому прибавить продукцию низких переделов, то доля "примитивного" экспорта у российского ЛПК превысит 70% (оценка РА "Эксперт").

Таблица 4. Крупнейшие лесоперерабатывающие компании по объему реализации продукции Компания Регион Объем реализации в 2004 г. (млн руб.) Темп прироста (%) Чистая прибыль в 2004 г. (млн руб.) "Илим Палп Энтерпрайз" Республика Коми, Восточная Сибирь 37 494,8 6,8 Н. д. "Монди Бизнес Пейпа Сыктывкарский ЛПК" Республика Коми 12 650,1 20,8 1461,2 Группа компаний "Титан" Архангельская обл. 10 467,4 -17,3 228,9 "Светогорск" Ленинградская обл. 8467,8 10,3 1133,9 Архангельский ЦБК Архангельская обл. 8412,3 12,4 472,6 "Кондопога" Республика Карелия 7984,4 31,1 383,8 "Волга" Нижегородская обл. 6053,6 1,7 250,0 "Соликамскбумпром" Пермская обл. 5651,4 17,1 725,6 Источник: "Эксперт-400", 2005

В случае появления на мировом рынке в больших масштабах дешевой древесины и целлюлозы из Южной Америки первыми "под топор" могут пойти именно поставки аналогичной продукции из России. Дело в том, что экспорт круглого леса в России и так находится на грани окупаемости, участки вдоль старых лесовозных дорог уже почти полностью вырублены, а строить новые трассы мелким заготовителям - таковых у нас подавляющее большинство - не по карману. Отставание в развитии инфраструктуры уже начало негативно влиять на сырьевое обеспечение отрасли. По данным компании "Леспром Индастри Консалтинг", объем заготовки леса в 2005 году составил 94% к прошлому году.

По словам директора Вишерского ЦБК Геннадия Тольмана, отсутствие дорог в зоне вырубки приводит не только к удорожанию сырья, но и к сезонности бизнеса (весной и осенью по бездорожью не проехать), что не позволяет увеличить объемы лесозаготовок.

Пока проблема сырья наиболее остро ощущается внутри страны. Однако дефицит доступных лесных участков, удорожание лесозаготовок весьма скоро могут стать серьезным ограничением и при экспортных поставках.

Топор без топорища

Выходом в этой ситуации могла бы стать переориентация с экспорта сырья на производство продукции высоких переделов. По данным Минприроды, сейчас в России перерабатывается лишь пятая часть всего вырубаемого леса (в развитых странах показатель доходит до 85%). При этом глубина переработки древесного сырья у нас катастрофически низка: из 1000 кубометров заготовленной древесины в стране производится целлюлозы меньше, чем в Финляндии, в 4,6 раза, бумаги и картона - в 5,2 раза. Казалось бы, у России есть возможности относительно быстро и безболезненно провести подобный маневр. Структура производства нашей лесопромышленной отрасли не так уж и плоха. Доминирующие позиции в ней принадлежат целлюлозно-бумажной промышленности (ЦБП) и деревообработке. На их долю приходится примерно по 40% от валового выпуска отрасли. Однако оба эти сектора, несмотря на положительную динамику последних лет, с трудом могут претендовать на роль локомотивов отрасли. Виной тому серьезное технологическое отставание и исчерпание производственного потенциала, созданного в советские годы. Костяк российской целлюлозно-бумажной промышленности формировался в 1960-1970-е годы. Последний крупный ЦБК был введен во второй половине 1980-х годов. С тех пор никаких серьезных капиталовложений в лесопромышленный комплекс не осуществлялось.

Как следствие - российские целлюлозно-бумажные компании уже долгое время ориентируются на мобилизацию резервов действующего технологического оборудования, которое закупалось преимущественно 25-30 лет назад. Загрузка мощностей в целлюлозно-бумажной промышленности начиная с 1999 года увеличивается на 3-5% в год. В 2005 году фактическая загрузка основного технологического оборудования по главным видам продукции в отрасли составила более 85%. При этом степень его износа составляет более 90%. Начиная с 1998 года в целлюлозно-бумажную промышленность ежегодно инвестировалось по 250-350 млн долларов собственных и заемных средств, что позволяло удерживать уровень производства основных видов продукции за счет мер по реконструкции и модернизации действующих предприятий (около 80% инвестиций направлялось на модернизацию машин и оборудования). То есть эта сумма обеспечивает лишь простое воспроизводство изношенных основных фондов. При отсутствии необходимого объема инвестиций в размере 800-900 млн долларов в год степень износа основного оборудования в целлюлозно-бумажной промышленности, по оценке президента РАО "Бумпром" Александра Белякова, может достигнуть критического уровня в 100% уже к 2008 году. Таким образом, при отсутствии дополнительных инвестиций в новые производственные мощности уже в ближайшие годы российские целлюлозно-бумажные предприятия столкнутся с невозможностью дальнейшего увеличения производства.

За использование устаревшего оборудования лесопромышленные компании расплачиваются высокими издержками производства, низким качеством продукции, ограниченными возможностями для роста. По словам директора по экологии и связям с общественностью Северо-Западной лесопромышленной компании Юрия Мурашко, "сейчас продукция наших предприятий не соответствует тем стандартам, которые диктует мировой рынок. Выживут те, кто модернизирует производство, остальные выработают оставшийся ресурс и закроются".

Пока же значительный объем продаж ЦБП приходится на товарную целлюлозу и бумагу сравнительно невысокого качества, спрос на которую стабильно снижается. Высокотехнологичная продукция данного профиля (например, мелованная бумага и картон) в России практически не производится. В сегменте деревообработки современные виды продукции также практически не представлены. Например, в стране почти не выпускаются МДФ-плиты, которые предприятия мебельной промышленности покупают за границей. В результате ежегодно мы импортируем лесобумажную продукцию примерно на 3 млрд долларов, из которых около 2 млрд приходится на продукцию целлюлозно-бумажной промышленности, прежде всего мелованные сорта картона и бумаги (за счет импорта сейчас покрывается около 98% рынка мелованного картона, потребность в котором оценивается в 350 тыс. тонн в год и постоянно растет). Быстро переломить сложившееся положение дел вряд ли возможно, и тому есть веские причины.

Инвестиционный голод

Злую шутку с отраслью сыграла доступность части сырьевой базы. Так например, если для ведения нефтегазового бизнеса требуются серьезные вложения в организацию добычи и создание транспортной инфраструктуры, то для лесозаготовок затраты существенно ниже. Особенно если вести их в районе транспортных магистралей и не думать о сохранности лесного фонда. В результате в лесопромышленном комплексе, особенно в сфере лесозаготовки, работало и продолжает работать множество мелких структур, стремящихся побыстрее сбыть круглый лес за рубеж по демпинговым ценам. В настоящее время в отрасли действует более 22 тыс. предприятий с числом работников свыше 1 млн человек, при этом доля отраслевых лидеров относительно невысока (см. таблицу 4). По словам руководителя Федерального агентства лесного хозяйства Валерия Рощупкина, фрагментированность отрасли крайне негативно сказалась на воспроизводстве сырьевой базы. "Сегодня в России 63 процента арендаторов взяли лес на срок от одного до трех лет (см. график 9): пришли, срубили, ушли. Производителей, обладающих возможностями для переработки, среди арендаторов три процента. Во всем мире действует правило "срубил - посади", наш же лесопользователь занимается только заготовкой ресурса", - говорит Рощупкин. В результате легкодоступные ресурсы в значительной мере исчерпаны, а доступ к новым уже потребует больших затрат, средств же для масштабных инвестиций, как уже говорилось, у большинства компаний нет. Возникает замкнутый круг.

Надежды на массовый приход иностранных инвесторов в российский ЛПК также, увы, представляются безосновательными. Западные компании, уже владеющие активами в отечественной лесной промышленности, не заинтересованы в активном строительстве новых мощностей. Хотя бы потому, что емкость российского рынка, как уже отмечалось выше, для их масштабов очень мала, а организация ими новых экспорториентированных производств в России означает создание дополнительного конкурента для своих же дочерних компаний за рубежом. Тем более что за последние десять лет ни один проект по строительству ЦБК в Европе не был реализован. Иностранные корпорации по экономическим соображениям предпочитают строить новые заводы в других регионах мира. Например, Stora Enso возводит новое предприятие в Бразилии, откуда ближе до целевых рынков сбыта и где есть более выгодные условия для транспортировки продукции и т. д.

На сегодняшний день основным источником инвестиций являются финансовые ресурсы, привлеченные предприятиями. По оценкам специалистов, на их долю приходится около 75% суммарных капиталовложений в отрасль. Фактически даже крупнейшие лесопромышленные компании сейчас имеют возможность вкладывать средства только в поддержание в рабочем состоянии имеющихся мощностей. В лучшем случае речь может идти о строительстве сравнительно небольших новых производств. Так, компания "Титан", управляющая Архангельским ЦБК, ввела в эксплуатацию производство по изготовлению гофротары в Подольске, планирует организацию производства мелованной бумаги на площадке Архангельского ЦБК, мощности по производству картона на Северо-Западе России строит группа "Илим Палп". О коренном переоснащении предприятий новым оборудованием и технологиями речи не идет.

Для кардинального изменения ситуации в отечественном ЛПК и максимального использования его потенциала требуются совершенно другие масштабы инвестиций. По оценке, их объем должен составлять не менее 2 млрд долларов в год. Вложение таких средств позволит отрасли развиваться со среднегодовым темпом, вдвое опережающим мировую динамику. Таких средств у предприятий ЛПК нет. Конечно, крупные компании сейчас проводят политику активных заимствований не только у кредитных организаций, но и на рынке. Так, в частности, облигационные займы выпустили и группа "Илим Палп", и "Архбум", и ГОТЭК. Однако даже привлечение долгового капитала в обозримой перспективе не способно обеспечить потребности отрасли.

В этой ситуации ключевым элементом программ модернизации могло бы стать сокращение издержек уже действующих производств и организация выпуска импортозамещающей продукции.

Это отчетливо осознают и сами компании. "Наши перспективы - в производстве продукции более глубокой переработки, - считает Антон Лойтер. - Нужно интегрировать строительство целлюлозных заводов со строительством бумагоделательных фабрик. Если сразу интегрировать целлюлозу в производство бумаги, мы сможем сэкономить 50-70 долларов на тонне целлюлозы. Рынок сбыта для этого у нас есть - внутри страны. Сейчас в России мелованная бумага практически не производится (за исключением Светогорского, Сыктывкарского ЦБК, предприятий Северо-Западной лесопромышленной компании), она импортируется главным образом из Финляндии, и годовой объем поставок составляет порядка 400 тысяч тонн. По расчетам АЦБК, окупаемость бумагоделательной фабрики - пять-шесть лет, что считается в отрасли коротким сроком".

Председатель совета директоров ЗАО "Илим Палп Энтерпрайз" Захар Смушкин также полагает, что основные перспективы развития ЛПК находятся внутри страны. "Посмотрите, что мы ввозим. В основном дорогостоящую продукцию - средняя стоимость тонны составляет 1,5 тысячи долларов. Это книгопечатные изделия и дорогие виды картона, то есть вся продукция глубокой переработки импортируется в Россию, при этом доля рынка оценивается приблизительно в 2 миллиарда долларов. Этот потенциал для инвесторов и для нас, участников рынка, который мы, естественно, должны отобрать у иностранцев, и в этом, кстати говоря, нам хотелось бы, чтобы нам помогло правительство определенными протекционистскими мерами", - комментирует Смушкин. В то же время он призывает оставаться реалистами и понимать, что объем производства будет всегда пропорционален спросу, и невозможно при низком спросе строить огромное количество ЦБК - это просто нереально, это продукцию негде будет разместить.

За последние годы ведущие лесопромышленные компании сумели решить ряд локальных проблем, сдерживающих развитие производства. Однако это лишь первый и наиболее легко осуществимый этап модернизации. Расшивка "узких мест" производства, как правило, не требует долгосрочных инвестиций. Теперь на повестке дня куда более ресурсоемкие проекты (стоимость строительства одного ЦБК - около 1 млрд долларов, срок окупаемости - 8 лет, данные "Леспром Индастри Консалтинг").

Для реализации этих планов ведущие лесопромышленные холдинги готовы инвестировать сотни миллионов долларов. Так, программа капитальных вложений группы "Илим Палп" предусматривает финансирование проектов по модернизации в размере 500 млн долларов в течение ближайших 5 лет.

Однако на сегодняшний день реальные инвестиции готовы осуществлять лишь самые крупные лесопромышленные компании. Остальные предприятия, как уже было сказано, лишены ресурсов для модернизации. Особенно велико их число в лесозаготовительной промышленности. А как раз здесь и требуются весьма значительные вложения. Ведь доступные лесные ресурсы уже в значительной мере исчерпаны. Освоение новых требует развития инфраструктуры, в частности строительства лесных дорог. Без этого перерабатывающие компании лесной промышленности уже в скором времени будут испытывать повсеместный дефицит древесного сырья. Выходом из этой ситуации могло бы стать усиление роли ведущих лесопромышленных групп в лесозаготовке. Но это возможно лишь при решении вопроса о предоставлении лесов в аренду на длительные сроки. Поэтому главной задачей государства в этой сфере сегодня является выработка максимально прозрачного недискриминационного механизма передачи леса в долгосрочную аренду и контроля над условиями эксплуатации лесов. Решить этот вопрос невозможно без принятия Лесного кодекса. Этот основополагающий документ лесопромышленники ждут от государства много лет и рассчитывают, что он наконец-то установит правила игры на рынке лесопереработки. Однако документ до сих пор не принят - вокруг него идет борьба разных лоббистских групп.

Лидерский фарватер

Проблема инвестиций делает вопрос ускоренной консолидации лесной отрасли равнозначным вопросу о ее выживании и развитии. Альтернатив в данном случае в принципе не существует. Вопрос лишь в том, по какому сценарию будут развиваться интеграционные процессы в отрасли.

Мировая практика показывает, что наибольших результатов достигают компании, организованные на принципах вертикальной интеграции. Причем сами вертикально интегрированные холдинги могут формироваться как в результате диверсификации деятельности компаний из других отраслей промышленности (пример тому - корпорация Anglo-American, традиционно оперировавшая в металлургическом секторе, а в 1967 году создавшая свое лесопромышленное подразделение - группу Mondi), так и вследствие слияний и поглощений предприятий лесной отрасли (как International Paper). Конечно, не все мировые лидеры контролируют целый производственный цикл - от заготовки леса до выпуска бумаги и упаковки. Ведущие компании ЛПК стремятся развивать производство продукции с высокой добавленной стоимостью - писчей и печатной бумаги, упаковки, гигиенической продукции. Однако ряд производителей вполне обходится и без собственных лесозаготовительных подразделений.

Российские реалии неизбежно привнесут в эти схемы свою специфику. Процесс формирования холдинговых структур скорее всего будет предполагать полную вертикальную интеграцию. Центрами ее станут крупные ЦБК, генерирующие сегодня наиболее мощные финансовые потоки в ЛПК. Их интересы будут неизбежно распространяться на лесозаготовительные компании, а затем - и на предприятия, занятые выпуском продуктов глубокой переработки древесины.

Формирование новых управленческих структур в виде вертикально интегрированных холдингов, способных эффективно координировать бизнесы, позволит отечественному ЛПК выйти из кризиса и занять достойное место в российской промышленности.

В основе вертикально интегрированных структур лесопромышленного комплекса, создание которых началось в середине 90-х годов, как правило, лежит крупный целлюлозно-бумажный комбинат ("Илим Палп", ГК "Титан"), реже - лесоперерабатывающие (Национальная лесоиндустриальная компания) или фанерные заводы (ГК "Свеза"). Безусловно, приобретение ЦБК - дорогое удовольствие, доступное лишь немногим инвесторам. За последние годы было заключено всего несколько сделок по покупке контрольных пакетов акций российских ЦБК: в 2002 году компания Mondi купила за 252 млн долларов 68,5% акций Сыктывкарского ЛПК, в 2004-м российская "Ост Вест Групп" приобрела 46,5% акций Балахнинского ЦБК (ОАО "Волга"), таким образом, пакет компании вырос до 93%. Впрочем, есть еще одна причина, сдерживающая процесс слияния и поглощения в ЛПК, - практически все интересные активы в целлюлозно-бумажной промышленности сейчас уже нашли собственников, рассматривающих этот бизнес как стратегически важный.

Лесозаготовительный бизнес в связи с меньшей капиталоемкостью более доступен для инвесторов. В этом сегменте очень много небольших леспромхозов и лесопильных заводов с устаревшей производственной базой. Собственники предприятий в большинстве своем не обладают средствами для их модернизации и вынуждены продавать их крупным лесопромышленным компаниям-интеграторам, стратегия развития которых предполагает приобретение новых бизнес-объектов. Так, группа компаний "Свеза" интегрирует фанерные производства в Костромской, Ленинградской и Вологодской областях. Предприятия холдинга - Усть-Ижорский комбинат, Костромской фанерный комбинат "Фанплит" и фанерный комбинат "Новатор" - выпускают березовую фанеру широкой номенклатуры, древесно-стружечные плиты (в том числе и ламинированные), лущеный березовый шпон, мебельные заготовки, гнуто-клееные и другие детали из фанеры. Национальная лесоиндустриальная компания приобретает лесопильные и деревообрабатывающие заводы, что позволяет ей сбалансировать заготовку и переработку древесины и обеспечивает комплексную переработку сырья.

Основные игроки отрасли давно понимают необходимость интеграции и в настоящий момент активно занимаются консолидацией лесоперерабатывающих и лесозаготовительных активов, а также строительством новых производств. Первой и крупнейшей вертикально интегрированной компанией российского ЛПК является "Илим Палп Энтерпрайз". Годовой оборот холдинга превышает 1,3 млрд долларов. Основными видами деятельности являются лесозаготовка, деревообработка, производство целлюлозы, картона и упаковки. Холдинг активно модернизирует действующие ЦБК, а также строит новые деревообрабатывающие заводы.

Группа компаний "Титан" координирует свои действия с Архангельским ЦБК. Суммарный объем продаж этих структур в 2005 году составил более 650 млн долларов. Группой разработана стратегическая инвестиционная программа развития собственной лесозаготовительной базы, предусматривающая реструктуризацию леспромхозов, слияние активов ряда предприятий в целях укрупнения и концентрации лесозаготовительного производства, а также внедрение в леспромхозах передовой скандинавской технологии, предусматривающей заготовку леса вахтенным способом. Холдинг "Северо-Западная лесопромышленная компания" контролирует Неманский целлюлозно-бумажный комбинат, Каменногорскую фабрику офсетных бумаг, Вельский завод деревянных клееных конструкций, Кропоткинский завод деревообрабатывающих станков и несколько леспромхозов. Холдинг производит высококачественную бумагу и широкий ассортимент бумажно-беловых изделий.

Стальной сценарий

На взгляд аналитиков РА "Эксперт", оптимальным сценарием для консолидации ЛПК является модель, реализованная в черной металлургии. Там центрами объединения компаний стали крупнейшие металлургические предприятия. Постепенно в орбиту их влияния входили сырьевые предприятия. Завершающим этапом консолидации металлургического комплекса стало развитие на базе ведущих комбинатов производств продукции с высокой добавленной стоимостью и выход в смежные отрасли. При этом исходные позиции ведущих предприятий черной металлургии очень близки к современному положению лидеров российского ЛПК. Так, выручка ведущей компании отрасли, ОАО "Северсталь", в 1994 году составляла 1,3 млрд долларов, что сравнимо с объемом продаж группы "Илим Палп" в 2005 году.

Аналогичной точки зрения придерживается аналитик "Леспром Индастри Консалтинг" Павел Артемьев. "Ключевым фактором, стимулирующим дальнейший рост как производства пиломатериалов, так и лесозаготовительной промышленности в России, является организация и объединение предприятий крупными компаниями в структуры, включающие в себя полную производственную цепочку от заготовки древесины до выпуска конечной продукции. Такие компании способны обеспечить предприятия современной техникой, проводить инвестиционные программы по развитию инфраструктуры, внедрять новые технологии. Будущее лесозаготовительного сектора - это комплексные предприятия: лесокомбинаты, осуществляющие заготовку и переработку круглых лесоматериалов. Развитие деревообрабатывающих производств непосредственно в леспромхозах позволит устранить один из самых главных недостатков российского ЛПК - перевозку древесного сырья в круглом виде на большие расстояния", - считает аналитик.

Начало процессам вертикальной интеграции в лесопромышленном комплексе уже положено. В настоящее время на этом принципе строят свою работу группы "Илим Палп", "Титан", Северо-Западная лесопромышленная компания и др. Однако освоение потенциала консолидации отрасли находится лишь в самом начале. Если обстановка в этом секторе экономики нормализуется, этот процесс пойдет значительно быстрее. Его результатом может явиться создание нескольких российских компаний, которым под силу стать действительно крупными игроками глобального рынка целлюлозно-бумажной продукции. Перед ними откроются принципиально новые возможности привлечения ресурсов для развития (например, IPO), о которых российские корпорации в их нынешнем состоянии могут только мечтать. Все это будет способствовать превращению ведущих российских лесопромышленных предприятий в глобальные лесопромышленные компании.

Однако в настоящий момент время работает против ЛПК. Даже при немедленных действиях по консолидации отрасли конечный результат уже может быть признан несколько запоздалым. При сложившейся практике не менее двух-трех лет уйдет на разработку и реализацию конкретных мероприятий, способных заложить основу для долговременного развития отрасли. Столько же (если не больше) потребуется и инвесторам для того, что бы поверить в эффективность действующей системы и безопасность своих вложений в российскую лесную промышленность. Да и инвестиционный цикл в отрасли достаточно длинен: окупаемость крупных проектов возможна в лучшем случае через три-пять лет после первоначальных инвестиций. Реальные результаты реформ, выражающиеся в модернизации структуры отечественного ЛПК, и вовсе не следует ждать ранее чем через восемь-десять лет.

Если сейчас приступить к энергичным мерам по реструктуризации лесопромышленного комплекса, то в течение ближайшего десятилетия в российском лесопромышленном бизнесе в результате консолидации вполне могут появиться две-три компании, сопоставимые с финскими корпорациями и по технологическому уровню, и по объемам продаж. В этом случае их доходы к 2015 году могут составить, по оценке РА "Эксперт", 14-16 млрд долларов. В масштабах же всего ЛПК, учитывая возросший уровень концентрации производства, объем реализованной продукции может достигнуть порядка 20 млрд долларов. Таким образом, при благоприятном сценарии развития за десять лет доходы ЛПК могут удвоиться.

статья из журнала № 9 [9] Сентябрь 2006