ЗАРУБЕЖНЫЙ ОПЫТ

Без эталонов

Продожая тему государственного регулирования розничной торговли (см. № 4-5 за 2009 год), мы проанализировали современные исследования, проводившиеся в развитых странах по данной теме. Главный вывод: России, скорее всего, придется искать собственную тропинку, поскольку никакого стандарного пути, общего набора решений не существует.

Алексей Зайко

Историю регулирования современной российской розницы принято отсчитывать с января 1992 года, когда был подписан президентский указ «О свободе торговли». Документ в высшей степени парадоксальный, поскольку в развитых странах, якобы служивших примером для российских реформ, торговля может быть самой разной, не бывает только одной — полностью свободной. Скорее, напротив, регулирование торговли в развитых странах — один из ключевых инструментов воздействия еще и на социальную политику. Об этом, в частности, свидетельствуют многолетние исследования экономистов Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), сжатые результаты: которых мы сегодня представляем. Увы, выводы, к которым приходят эксперты, малоутешительны для сторонников ужесточения мер контроля. Отрасль, развивающаяся за счет эксплуатации эффекта масштаба, создает больше рабочих мест и способствует удешевлению товаров для покупателей, и препятствовать этому органическому росту крайне вредно.

Исторически розничная торговля в странах ОСЭР сложилась как отрасль в высшей степени конкурентная, с большим количеством игроков и относительно высоким уровнем входа и выхода. Однако данная общая характеристика не должна заслонять серьезных различий между весом и структурой ритей-лового сектора в отдельных государствах. В настоящее время в странах ОЭСР доля торгового сектора в ВВП колеблется от 9 до 18%, обеспечивая от 13 до 26% общей занятости. Данные непосредственно по розничной торговле соответственно составляют от 3 до 7% ВВП и от 4 до 16% общей занятости. Очевидно, что такие базовые различия обусловливают различия в структуре национальных торговых систем, выражающиеся в первую очередь в широкой вариабельности уровней насыщенности торговыми точками, в среднем размере самих торговых точек, обороте и добавленной стоимости на одного сотрудника.

Сделав эти необходимые оговорки, в настоящий момент мы можем выделить в развитии торговли в странах ОЭСР четыре ключевые тенденции:

• рост групповой концентрации;
• формирование объединенных групп по закупкам;
• вертикальная интеграция оптовых и розничных структур, сопровождающаяся ростом доли товаров, продаваемых под собственным брендом;
• рост интернационализации групп.

Наличие данных тенденций обусловлено в первую очередь обострением ценовой конкуренции. Компании просто вынуждены наращивать свои объемы, чтобы компенсировать сокращающуюся маржу за счет эффектов масштаба при снижении издержек. Кроме того, крупным компаниям легче аккумулировать ресурсы, необходимые для разработки и внедрения инноваций.

Тенденция к концентрации особенно заметно проявляется в дистрибуции продовольственных товаров. В Норвегии, Швейцарии, Австралии, Канаде, Финляндии и Швеции тройка крупнейших дистрибуторов контролирует по крайней мере 60% розничного продовольственного оборота. Обратным примером могут служить Польша, Чехия, Корея и Италия, где на первую десятку крупнейших дистрибуторов приходится менее 20% оборота (см. таблицу 1). Подобные различия в структуре розничного сектора связаны не только с уровнем развития и результатами конкурентной борьбы, но также и с существенными расхождениями в сфере государственного регулирования, повлиявшими на процесс формирования бизнес-практик в отдельных сегментах розницы.

Процесс концентрации и интернационализации зачастую протекает следующим образом. Для получения эффекта масштаба при сокращении издержек коммерческие группы стремятся нарастить свой оборот вначале на локальном рынке. После достижения определенного уровня концентрации они «перерастают» свой рынок и во избежание стагнации бизнеса вынуждены начинать экспансию за рубежом. В связи с тем что регулятивные барьеры на входе зачастую высоки (см. главу «Посторонним вход запрещен?»), главным инструментом для проникновения на новые рынки становится покупка или объединение с уже существующими местными ритейлера-ми. «Золотым веком» для подобного рода сделок стали 1990-е, когда их объем за десять лет вьфос на порядок: с 1,7 млрд долларов в 1988 году до 18 млрд в 1998-м. В 2006 году, когда был установлен исторический рекорд по объему международных сделок слияний и поглощений, на долю ритейла пришлось более 4% от общей суммы в 3,368 трлн долларов, то есть около 13,5 млрд.

Таблица 1. Доля пяти крупнейших ритейлеров на розничном рынке (%) Страна Доля (%) Польша 13,4 Греция 30,3 Италия 37 Испания 44,8 Португалия 48,1 Нидерланды 57.1 Бельгия 58 Ирландия 58,4 Франция 59,3 Англия 60,3 Швейцария 62 Австрия 64,9 Чехия 67,7 Венгрия 72,5 Финляндия 76,9 Германия 81,4 Швеция 89,4 Норвегия 90,6 Дания 94,7 Источник: Planet Retail, 2007

Как подсчитывался уровень контроля розничной торговли? Методика для расчетов индексов государственного регулирования розничной торговли была разработана сотрудниками департамента экономики ОЭСР (A. Woelf, I. Wanner, T. Kozluk, G. Nicoletti) в рамках подготовки доклада по регулированию сферы услуг в странах ЕС. В качестве первичного материала была разработана базовая опросная анкета, которая затем заполнена экспертами из соответствующих стран. Полученным ответам были присвоены соответственно методике весовые значения, и результаты обобщены в форме таблицы. Более подробную информацию о данном исследовании можно получить на сайте журнала (www.epr-magazine.ru), а также на сайте industry-daily.ru.

Таблица 2. Индексы контроля отдельных аспектов торгово-розничной деятельности в странах ОЭСР

Источник: OECD Regulatory Database

Экспансия крупных транснациональных дистрибуторских групп в целом сыграла положительную роль в модернизации глобальной отрасли в первую очередь за счет двух факторов. Экспансия, во-первых, сопровождалась передачей новых торговых технологий, позволявших увеличить эффективность и сократить издержки (Польша, Корея), во-вторых, она способствовала усилению конкуренции на высокомонополизиро-ванных рынках (Англия, Германия). При этом в странах, имевших чрезмерно жесткое регулирование в данной сфере (например, в Италии), основным результатом сохранения подобной жесткости стало сдерживание развития национальной торговой индустрии.

Посторонним вход запрещен?

Как уже отмечалось выше, розничная торговля — отрасль с высокой ротацией участников, новые магазины и компании появляются почти каждый день и так же часто разоряются и уходят с рынка. В этой связи условия доступа на рынок имеют ключевое значение для оценки степени государственного вмешательства. Под условиями доступа в широком смысле понимаются все требования, связанные с открытием и ведением розничного бизнеса, в том числе условия регистрации (например, в коммерческом регистре); правила по созданию, расширению и размещению торговых точек; нормативы по ведению деятельности и торговле отдельными видами продуктов; существование локальных монополий на отдельные виды продуктов; законодательные ограничения или обременения, связанные с созданием крупных торговых предприятий (супер- и гипермаркетов).

Организация по экономическому сотрудничеству и развитию (на фото — ее штаб-квартира в Париже) объединяет на сегодня 29 наиболее экономически развитых стран мира

В большинстве стран ОЭСР регистрация в коммерческом регистре не является обязательным условием, в тех же из них, где такое требование существует, оно зачастую сопряжено с длительными административными проволочками (см. график 1). Кроме того, может серьезно различаться и содержание процедуры. Если в Австрии, Чехии, Италии, Корее и Нидерландах достаточно просто справки о физическом и психическом здоровье предпринимателя, представившего заявку, то во Франции, Бельгии, Венгрии и Исландии в дополнение к ней от заявителя требуется предоставить свидетельство о профессиональной квалификации или диплом.

Наиболее серьезные препятствия для развития торговли представляют аспекты государственного регулирования, связанные с коммерческим использованием недвижимости и зональными требованиями (см. график 2). Даже в относительно либеральных странах вроде США доступность и наличие подходящих мест для расположения торговых точек служат серьезным внешним барьером для входа на рынок новых игроков. Очевидно, что чрезмерно жесткое регулирование в данной сфере ведет к серьезным трудностям в модернизации сектора. Так, были известны случаи, когда региональные и муниципальные нормативы по площади торговых точек, по сути, подменяли собой в данном вопросе национальное законодательство и служили барьером для экспансии новых игроков. Вероятность использования этого вида регулирования для затруднения конкуренции тем выше, чем более влиятельную роль в принятии решений играют уже существующие на данной территории торговые предприятия.

Местные монополии по определению противоречат системе конкуренции, необходимой для обеспечения эффективности ритейлового сектора. Тем не менее в большинстве стран ОЭСР они продолжают существовать. В частности, монополистические ограничения действуют в сфере продажи фармацевтических товаров в девяти странах (Австрия, Бельгия, Дания, Франция, Италия, Нидерланды, Испания, Швеция, Англия); в сфере оборота алкогольной продукции в шести странах (Финляндия, Исландия, Норвегия, Польша, Швеция, Турция); в сфере реализации табачных изделий — в пяти странах (Австралия, Франция, Венгрия, Италия, Испания). Более того, в скандинавских государствах некоторые из компаний, имеющих монополистические привилегии, находятся под непосредственным государственным управлением.

Розничное ушко

Еще одним важным препятствием для выхода на рынок новых игроков служат ограничения, связанные с открытием крупных магазинов (см. график 3). Исторически для оправдания этого вида регулирования использовались три аргумента. Во-первых, экспансия крупных магазинов может вступать в противоречие с городской планировкой. Во-вторых, крупные магазины зачастую провоцируют рост автомобильного потока и нуждаются в больших парковках. В-третьих, ограничения на крупные торговые точки оправдываются необходимостью оказания поддержки мелким магазинам, служащим важным институтом с точки зрения занятости и сохранения социальных традиций.

Однако данные ограничения имеют ряд негативных последствий. Прежде всего, они тормозят консолидацию и модернизацию сектора, препятствуя возникновению эффекта масштаба при оптимизации издержек. К тому же единственными бенефициарами данных мер являются местные компании, которые таким образом фактически получают субсидии, запрещенные законом. Кроме того, выдавливание новых игроков из региона путем ограничения их экспансии на самом деле влечет за собой ускорение концентрации торгового капитала на национальном и международном уровнях. Не располагая возможностью самим дозреть до критического размера, позволяющего задействовать эффект масштаба, компании вступают в череду слияний и поглощений, пытаясь любым способом набрать требуемый оборот. И наконец, ограничения на создание и региональную экспансию крупных магазинов неизбежно ведут к росту влияния поставщиков: когда нет крупной сетевой торговли, нет и рычага для снижения цен.

ОЭСР была учреждена в 1960 году двадцатью странами (на фото — подписание в Париже учредительных документов организации) для координации усилий государств-участников по методам государственного регулирования в области экономики

Неудивительно, что использование ограничительных мер для крупных магазинов в странах ОЭСР в целом заметно сократилось за последние десять лет. Но не везде — пороговые значения размера торговых площадей магазинов очень разнятся. Во Франции специальное регулирование применяется уже с 300 квадратных метров, а в Швейцарии и Мексике — лишь начиная с 5 тыс. Средний же пороговый размер относительно невелик — 1 тыс. квадратных метров. Наиболее жесткие меры регулирования действуют во Франции, Японии, Польше, Австрии, Бельгии и Италии. Напротив, в Австралии, Канаде, Чехии, Нидерландах и Швеции они вовсе отсутствуют. Несмотря на подобный разнобой, можно тем не менее выделить определенную тенденцию: на фоне сокращения числа стран, практикующих данный вид ограничений, там, где ограничительные меры действовали, они становились еще строже (только Германия, Италия, Япония, Корея и Турция не пересматривали нормативы в сторону ужесточения).

Следует отметить, что влияние самого факта наличия или отсутствия ограничений на открытие крупных магазинов необходимо рассматривать с учетом страновых особенностей. Так, в Японии и Нидерландах подобные ограничения отсутствуют — по той простой причине, что самих крупных магазинов здесь раз, два и обчелся. Причины подобного дефицита — исторические. Издавна густонаселенным городам Японии и Голландии, унаследовавшим средневековую планировку, просто негде разместить крупные мол-лы, занимающие по несколько гектаров. Строить же магазины за пределами города сложно из-за проблем, возникающих при выводе земель из сель-хозоборота. Примерно так же обстоят дела в Корее — лишь в 1998 году здесь отменили большинство ограничений на работу магазинов с торговой площадью свыше 3 тыс. квадратных метров. Однако это не привело к буму гипермаркетов из-за дефицита площадок, подходящих для размещения крупных торговых центров.

Диаметрально противоположная ситуация складывается во Франции, где, несмотря на весьма жесткие ограничения, супер- и гипермаркеты давно стали неотъемлемой частью пейзажа. Правда, гиганты преимущественно «в летах»: до конца 1970-х годов во Франции ограничений на крупные магазины не было, и основная масса работающих сегодня гигантов появилась именно тогда.

Время и деньги

Упорядочивание операционной деятельности розницы в основном сконцентрировано на двух аспектах — регулирование рабочих часов магазинов и контроль за ценами. Исторически регулирование рабочих часов возникло как следствие воздействия местных религиозных норм либо как результат борьбы за права трудящихся.

В настоящее время законодательное упорядочивание работы магазинов отсутствует лишь в 7 из 29 стран ОЭСР (Чехии, Венгрии, Исландии, Японии, Корее, Швеции и США). В целом, анализируя основные изменения, происшедшие за последние годы, можно отметить четкий тренд на либерализацию режима работы магазинов в ответ на давление со стороны покупателей. По оценкам ряда исследователей, главными следствиями подобной либерализации служат рост занятости в розничной торговле, усиление позиций крупных сетей в конкурентной борьбе с мелкими торговыми предприятиями. В то же время влияние либерализации на общий рост товарооборота минимально. Основные выгоды, которые могут извлечь торговые компании, имеют непосредственное отношение к уже упоминавшемуся эффекту масштаба. Продление часов работы увеличивает влияние данного фактора, во-первых, за счет экономии на арендных платежах (расширения фактически задействованной торговой площади), во-вторых, за счет вовлечения в процесс торговли большего числа низкооплачиваемых временных работников. Масштаб обоих эффектов по результатам исследований в Нидерландах, где в середине 90-х произошла либерализация, оценивается как весьма значительный.

В странах ОЭСР контроль за ценами (наценками со стороны сетей) мало распространен и в основном касается оборота подакцизных товаров — лекарств, табака, бензина и алкоголя. Постоянный контроль за ценами на продовольственные товары существует лишь в четырех странах (Корея, Исландия, Канада и Турция). Но даже в перечисленных государствах указанные меры нацелены не столько на ограничение роста цен, сколько на недопущение ценовых войн между компаниями-производителями и крупными торговыми сетями, имеющими возможность снижать цены за счет экономии на эффекте масштаба. При этом ограничения, накладываемые на маркетинговые акции и кампании по продвижению брендов, нередко являются частью антимонопольного законодательства и не имеют непосредственного отношения к законодательству торговому.

Уроки истории

Исследования, проводившиеся европейским экономистами, свидетельствуют: ограничение режима рабочих часов, жесткое регулирование размещения торговых точек и участия местных ритейлеров в процессе принятия решений о доступе на рынок новых компаний наносят наиболее серьезный ущерб процессу повышения эффективности и модернизации отрасли, а также препятствуют росту занятости. В работе французских исследователей, в частности, приводятся расчеты, сделанные на основе анализа крупного сегмента французского ритейла. Согласно выводам исследователей, если бы в 1975-1998 годы во Франции (см. выше) не действовало ограничение на открытие крупных торговых центров, уровень занятости в розничной сфере мог бы быть на 20% выше. И хотя эти ограничения зачастую оправдываются именно заботой о занятости, фактические данные говорят об обратном эффекте. Чистое сальдо прироста занятости в случае развития крупных торговых центров будет заметно выше, чем при сохранении традиционной структуры розницы.

Доступные эмпирические данные дают основание полагать, что затруднение доступа в отрасль за счет использования особых требований регистрации и/или размещения, ограничений по торговой площади негативно влияет на развитие розничной индустрии, прежде всего, поскольку снижение давления на входе и выходе лишает действующие компании стимулов к инновации и модернизации, приводит к стагнации уровня занятости среди населения и влечет рост розничных цен. (Более подробную информацию об использовании отдельных мер регулирования, а также агрегированные индексы по уровню государственного вмешательства см. в таблице 2).

Третий путь

Прямое сопоставление специфичских торговых законодательных норм и правоприменительной практики в странах ОСЭР и у нас вряд ли возможно. Прежде всего вследствие отсутствия в России специального закона о торговле на национальном уровне. Отметим, что воспринимать это обстоятельство как трагическое вовсе не стоит. В 23 из 29 стран ОЭСР создание и деятельность торговых предприятий регулируется общими для всех коммерческих структур законодательными актами (антимонопольными, экологическими, по регулированию рекламы и защите потребителей). Только в шести государствах Европейского союза существует специальное торговое законодательство на национальном уровне, причем практически во всех случаях его наличие скорее служит данью традиции, чем обусловлено особой актуальностью государственного вмешательства в розничный бизнес (во Франции Торговый кодекс был впервые принят еще при Наполеоне Бонапарте, а в Германии — при Бисмарке).

На региональном уровне ситуация с регулированием розничной торговли в России приобретает парадоксальный характер. Дело в том, что законодательное регулирование внутренней торговли в Российской Федерации осуществляется если не совсем уж вопреки, то уж наверняка параллельно Конституции. Дело в том, что Конституцией специальные полномочия по регулированию розничной торговли и общественного питания не отнесены ни к исключительному ведению Российской Федерации (статья 71), ни к предмету совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (статья 72). Еще более запутанной ситуацию делает то, что в случае с торговлей субъекты федерации не могут воспользоваться статьей 73 Конституции, дающей им право законодательствовать по всем вопросам, не отнесенным к исключительной компетенции федерального центра. Блокировка возникает, поскольку любые ограничения предпринимательской деятельности в соответствии с Конституцией (п. 2 ст. 74) и Гражданским кодексом (п. 3 ст.1) могут быть установлены только федеральными законами.

Иными словами, любые действия и законодательные акты, принятые Государственной думой либо региональными законодательными собраниями, могут быть в силу заложенных в Основном законе противоречий легко оспорены в Конституционном суде. Именно этим в значительной степени был обусловлен сдержанный интерес к законодательным инициативам в этой сфере как на региональном, так и на федеральном уровнях.

Сегодня законы о торговле и торговой деятельности действуют только в восьми субъектах федерации (Москва, Мордовия, Башкирия, Тюменская, Белгородская, Владимирская и Амурская области, Краснодарский край). Для сравнения: законы, регулирующие функционирование розничных рынков, торговый оборот алкогольной и эротической продукции (также известные как законы о защите нравственности), есть во всех субъектах федерации. Иначе говоря, вместо создания интегрального торгового законодательства в абсолютном большинстве субъектов федерации предпочитают работать с отдельными актами, регулирующими наиболее фискально значимые или конфликтоген-ные аспекты данной темы.

Неравномерность развития регионов всегда была больным местом в российском законотворчестве. Поэтому неслучайно законы о торговле и торговой деятельности, действующие, например, в Мордовии и Москве, похожи друг на друга не более чем сами упомянутые субъекты федерации. Если мордовский закон, по сути, представляет скромную компиляцию подходящих цитат из Гражданского кодекса и практически не затрагивает ключевых для современной розницы тем (размещение, формат, часы работы), то московский подробно расписывает процесс размещения нового торгового предприятия в соответствии с зональными требованиями («Генеральная схема размещения крупных торговых объектов городского значения в Москве на период до 2020 года»), вводит специальный режим лицензирования крупных торговых объектов (свыше 3 тыс. квадратных метров), устанавливает условия изменения профиля действующих торговых объектов (в течение оговоренного договором срока) и приема на работу сотрудников (медицинские книжки).

Столь существенное расхождение отражает полное несходство обстоятельств и условий функционирования розничного бизнеса в разных частях страны и может стать одним из существенных препятствий на пути разработки общефедерального закона о торговле.

статья из журнала № 6-7 [33] июнь-июль 2009