Третий путь

В самом центре Вичуги женщины полощут в проруби белье. За их спиной — прядильно-ткацкий комбинат, где сейчас, после многолетнего простоя, монтируют новое оборудование на миллионы евро. Между двумя этими сюжетами противоречия нет: пережив две индустриализации — царскую и советскую, а также постреформенную разруху и нищету, город возрождается в третий раз.

Фёдор Жердев
Фото Александра Забрина

г. Вичуга Ивановской области

Вначале была взятка. Без нее прифабричный поселок вряд ли стал бы городом Вичуга. Но местный патриот, а заодно и миллионщик от мануфактуры Александр Коновалов занес барашка в бумажке в Министерство путей сообщения, и проект строительства железной дороги, ранее игнорировавший этот населенный пункт, чудесным образом изменился — "железка" в начале 1870-х прошла не мимо, а через Вичугу. Затем, уже после революции, здесь были знаменитые ткачихи-стахановки Мария и Евдокия Виноградовы; большое, по местным меркам, жилищное строительство (в 1980-е — по три-четыре кирпичные пятиэтажки в год); в разгар перестройки — коренная модернизация градообразующего (того самого, "виноградовского") прядильно-ткацкого комбината с полной заменой оборудования на импортное. Словом, в постсоветские реформы Вичуга вступила подготовленной много лучше прочих небольших провинциальных городков.

Затем был обвал. К началу 2000-х, когда город возглавила нынешняя команда, задержки по зарплате в местной промышленности составляли от полугода и дольше, общественный транспорт не ходил, все основные предприятия находились на той или иной стадии банкротства, а из всей сферы бытовых услуг осталась одна-единственная парикмахерская при бане.

Кнут и пряник

Заместитель мэра по экономике Дмитрий Соколов знает, как не репрессиями, а убеждением заставить бизнес выйти из тени и платить все налоги

Вичугский торговый "олигарх" Наталья Кузьменко считает, что время мелкой розницы прошло, и хочет открыть в городе первый супермаркет

Конкуренции со стороны китайцев Геннадий Середкин не боится, ведь на его швейном предприятии "Бисер" шьют спецодежду по заказам нефтяников, газовиков, гаишников и МЧС

Фактическому монополисту местного строительного рынка Александру Быстрову в Вичуге тесно — он готовится к экспансии в Иваново, где намерен наладить выпуск тротуарной плитки

Сейчас, когда во всех местных школах появились компьютерные классы, методист районного ресурсного центра Надежда Сорокина обучает работе на ПК учителей-предметников

Заместитель мэра Евгений Трусов считает, что при нынешнем распределении налогов между бюджетами всех уровней нет смысла говорить о быстром развитии малых городов

На Машзаводе, который возглавляет Андрей Агапов, средняя зарплата выросла до 6200 рублей — это заставляет других предпринимателей больше платить сотрудникам

Самая рейтинговая в городе передача — "Вичугские новости", которую придумала и два раза в неделю выпускает в эфир руководитель местной телерадиокомпании Елена Кочетова

Виктор Кузьменко в своем автосервисе на мелочи не разменивается: его клиенты — владельцы грузовиков и фур

Это сейчас главу Вичуги, традиционного центра текстильной промышленности, волнует проблема вступления в ВТО — "после этого наши предприятия станут неконкурентоспособными, нас окончательно задавят китайцы". А в первый год своего мэрства Вячеславу Ступину нужно было хоть как-то наполнить городскую казну. "Есть частное предприятие, работает стабильно, персонал — человек тридцать. Отчисления по подоходному налогу такие, что, если платить налоги по-честному, средняя зарплата там должна быть рублей тридцать пять в месяц", — вспоминает Ступин. Заводить для пополнения бюджета свое "дело ЮКОСа" в Вичуге не стали. Решили действовать не столько кнутом, сколько пряником — тем более что в маленьком городе, где все друг друга знают, "наезды" неэффективны: сегодня власть наслала на фирму проверку, а завтра у кого на подарки для ветеранов к 9 Мая просить (в бюджете ведь такой строки нет)? По словам зама Ступина по экономике Дмитрия Соколова, "воздействовали в основном убеждением. И тем небольшим арсеналом льгот и мер давления, которые у нас есть. Из "кнутов" у нас есть административный ресурс. Например, установить рекламный щит — это, при нашей абсолютной доброй воле, полтора месяца согласований, а если без доброй воли — сами понимаете. То же по оформлению в собственность или аренде земли. Но есть у нас и "пряник" — правда, скромный. В муниципальном бюджете заложены средства на субсидирование трех четвертей ставки по банковским кредитам, выдаваемым бизнесу. Рассчитывать на эту преференцию может только то предприятие, которое честно платит налоги. Ну и, естественно, даем под те проекты, где срок окупаемости подольше — поэтому кредиты на открытие торговых предприятий обычно не субсидируем".

75-метровую колокольню Воскресенского храма, стоящего на окраине Вичуги, видно за много километров. Церковь построили за 3 года, а восстанавливали 10 лет — при Советах в ней размещался склад, который не раз горел

Исключение для торговли сделали лишь раз — когда в Вичуге захотели открыть первый универсам. "Для нас это новая форма, поэтому город и решил просубсидировать кредит", — поясняет Соколов. На самом деле универсам — громко сказано. Это два скромных размеров продовольственных магазина. А вот большой торговый центр самообслуживания в Вичуге только должен появиться. Такие планы строит Наталья Кузьменко — местный торговый "олигарх". Сейчас у нее восемь магазинов, одно кафе, две столовые и собственный небольшой цех по выпуску полуфабрикатов и готовой кулинарии. На всю сеть — единый склад, общая система учета. Задумки про супермаркет — не от амбиций. "Розница сейчас далеко не так выгодна, как раньше. У нас в городе уже 170 торговых точек. Конечно, в том числе и уличные палатки, но конкуренция все равно растет. Так что большой магазин — это концентрация усилий и, в конечном счете, — снижение затрат". Раньше Кузьменко активно развивала цех мясных полуфабрикатов — пельмени, котлеты собственного изготовления шли хорошо. "А теперь это невыгодно. Можно делать из сои, но тогда в чем эксклюзив, в чем мое преимущество перед громадными фабриками? А если делать из натурального сырья, то получается все дороже и дороже — коров в деревне почти не осталось, всех пустили под нож, а из мороженых бразильских брикетов сделать что-то по-настоящему вкусное невозможно", — рассказывает предпринимательница. Сейчас цех полуфабрикатов работает на ее собственные кафе и столовые. В своих магазинах Кузьменко торгует пельменями и котлетами общероссийских торговых марок — такой вот глобализм в действии.

Спец по одежде

Офис фирмы Кузьменко разместился в здании, где раньше была швейная фабрика, не пережившая бурных 90-х годов. Впрочем, швейная фабрика здесь есть и сейчас — но занимающая лишь половину прежних площадей и, главное, успешно работающая. Руководит ею Геннадий Середкин. Швейным бизнесом он занялся еще в 1992 году. "Мы сразу решили делать ставку на спецодежду — на нее ведь спрос стабилен. Наш первый "цех" был в комнате — метров двадцать, наверное. Затем постепенно расширялись, открыли производства в райцентрах Ивановской области. А это здание выкупили в 2000 году. Раньше здесь шили детскую одежду, но не смогли угнаться за модой и обанкротились. Оставшиеся на фабрике 100 человек сами вышли на нашу фирму и предложили нам выкупить фабрику". Оборудование здесь все новое — из Белоруссии, Японии и Китая. Выбранному давно направлению — пошиву спецодежды — Середкин не изменил и на новом месте. Сейчас ООО "Бисер" работает по заказам МПС, гаишников, железнодорожников, нефтяников и газовиков. Заказы получают в основном через тендеры. На фабрике полный цикл производства — от создания моделей до нанесения корпоративной символики заказчика. Средняя зарплата на предприятии — 4200 рублей. "Для Вичуги это неплохой доход. А для нашего бизнеса — конкурентное преимущество, поскольку невысокие зарплаты позволяют нам иметь низкую по сравнению с конкурентами себестоимость и благодаря этому выигрывать в тендерах", — поясняет Геннадий Середкин. Заказами "Бисер" обеспечен на два месяца вперед, пришлось даже организовать работу в две смены. "За год мы наращиваем объемы на 15-20 процентов. Сейчас начали работать над тем, что выпускали здесь наши предшественники, — над детской одеждой. Мы это можем делать лучше Китая. Он нам не конкурент", — уверен Середкин.

Начальник транспортного цеха

Еще одно производство, открывшееся на месте обанкротившегося предприятия, — автосервис по обслуживанию грузовиков. Автокомбинат, бывший здесь ранее, пришел в упадок, машины распродали, но оборудование осталось. Выкупивший его Виктор Кузьменко оказался в результате монополистом в своем бизнесе — не только в Вичугском районе, но и в трех других соседних сервисов для грузовиков не осталось. Возродить производство помогала администрация — она трижды субсидировала предприятию ставки по банковским кредитам.

"Водитель нам только отдает ключи, а потом может забрать полностью отремонтированную машину. У нас здесь комплексное обслуживание — от мелкого ремонта до полной переборки двигателей", — рассказывает Кузьменко.

Ему удалось получить для своего предприятия статус официального сервисного центра КамАЗа, и теперь все новые грузовики этой марки — его обязательные клиенты, ведь на период гарантийного срока их можно обслуживать лишь на фирменном предприятии. Сейчас предприниматель ведет переговоры с Ульяновским автозаводом — хочет получить и от него официальный статус. Кузьменко говорит, что главная для него проблема — кадры. Ведь квалифицированный автослесарь, тем более специализирующийся по грузовикам, всегда может найти себе работу — Москва рядом. Выход Виктор видит в расширении бизнеса: "Постепенно начинаем обслуживать не только грузовики, но и легковушки. Пока это примерно 20 процентов нашего оборота, но этот сектор быстро растет. Значит, у моих работников появляется возможность дополнительного заработка".

Подъёмник с переворотом

Общая разруха и повальные банкротства, которые Ивановская область переживала в 90-е, сделали регион привлекательным для столичных инвестиций: низкая зарплата плюс достаточно квалифицированная рабочая сила стали тем магнитом, которые начали притягивать сюда выводимую из Москвы промышленность. В случае с Вичугой это перемещение помогло возродиться Машзаводу, который при Советах выпускал станки для текстильной промышленности, с кончиной каковой превратился в полного банкрота с долгами в 100 млн рублей и коллективом в 300 человек, то есть ровно в десять раз меньше, чем в былые времена.

По словам мэра Вячеслава Ступина, к "смотринам" нового владельца обанкротившегося предприятия власть подходила особо тщательно. Были разные предложения — в том числе оставшееся оборудование сдать на металлолом, а цеха использовать как склады. После долгих поисков инвестора предпочтение было отдано Су-155, одному из крупнейших в России строительных холдингов. Выйти на него Ступину помогли старые связи. В результате завод сохранил свой машиностроительный профиль. Правда, теперь здесь не выпускают ставшие никому не нужными станки для текстильпрома, а производят разного рода металлопродукцию для строительства. С ноября 2003 года, когда новый собственник пришел на предприятие, выпуск продукции увеличился в 15 раз — с 3 до 45 млн рублей в месяц. Платят на Машзаводе по вичугским меркам хорошо — средняя зарплата здесь 6200 рублей. Гендиректор предприятия Андрей Агапов вспоминает, что поначалу приходилось браться за любой заказ — вплоть до изготовления гвоздей и почтовых ящиков. Но сейчас основной портфель заказов — это технологически сложная продукция вроде подъемников (строительных лифтов). Сейчас, когда на заводе работает уже больше 1200 человек, Агапов начинает ощущать нехватку кадров: "Москва, до которой от нас одну ночь на поезде, работает, как пылесос, — приходится набирать молодежь. Учим сами. Первый месяц платим три тысячи плюс что заработал под руководством наставника — им, естественно, тоже приплачиваем. Второй месяц — две тысячи плюс заработанное. А после трехмесячной учебы — как потопаешь, так и полопаешь. По большей части ребята у нас остаются — текучка кадров в результате небольшая". Взаимоотношениями с местными властями гендиректор доволен. "Кредитов мы у них не брали. Они помогли нам в другом — максимально оградили от всяких проверяющих. А это очень важно для только что встающего на ноги предприятия".

Приключения Шурика

От окончательного разорения Машиностроительный завод в Вичуге спасло бегство промышленности из Москвы — сейчас предприятие работает по заказам крупнейшей столичной строительной фирмы Су-155

Самый необычный заказ, который выполнили на предприятии "Бисер", — пошив 70 тыс. панамок для рекламной акции одной крупной столичной компании

А вот другой местный предприниматель — Александр Быстров, директор ООО с почти гайдаевским названием "Шурик & К°", — благодарен горадминистрации не за отсутствие проверок, а за прямую рекламу его бизнеса. Рекламу, правда, невольную. Дело в том, что "Шурик" — единственная в Вичуге частная строительная фирма. Замглавы вичугской администрации Евгений Трусов рассказывает, что, когда власти решили сделать ремонт в мэрии, обратились в выжившее с советских времен СМУ — строительно-монтажное управление. "Сделали они нам три кабинета — все вкривь и вкось. И притом недешево. А Быстров к тому времени уже успел отделать здание налоговой инспекции — нам его работа нравилась, но думали, что СМУ возьмет дешевле. Ошиблись: "Шурик & K°" взял столько же — даже согласился работать в долг, зато сделал все на совесть. Когда потом к нам в администрацию люди приходили и спрашивали, кто ремонт делал, мы невольно стали делать Быстрову рекламу".

Начиналась эта фирма с 500 долларов, которые Александр Быстров занимал по знакомым для взноса в уставный капитал. Первый заказ — уже упомянутую отделку здания налоговиков — выиграл на тендере, хотя на тот момент ни кадров, ни техники у него не было. Кадры и техника перешли к нему из СМУ, где руководство предпочитало ждать у моря погоды и никак не хотело верить, что в стране рынок пришел всерьез и надолго. После удачного опыта с налоговиками и мэрией "Шурик" фактически стал местным монополистом строительного рынка. "К нам идут не только муниципальные заказы, но и частные. Пройдитесь по нашей главной улице, все отремонтированные магазины на ней — это наших рук дело", — говорит Быстров. Занимается его фирма и ремонтом квартир — "но это редко, по две-три квартиры в год. Достаток у людей не тот". В ближайших планах — открыть в Иванове цех по выпуску тротуарной плитки. "У нас уже и заказ есть, и оборудование на 90 процентов закуплено", — говорит Быстров. Отдельная его гордость — новая плитка на полу в местной церкви Воскресения. Церковь вичугцы называют красной, поскольку построена из красного кирпича. Батюшка достался храму сверхинициативный — не раз горевшее здание, бывшее при коммунистах складом, он полностью восстановил и при помощи своих земляков с Западной Украины заново расписал. "Прибыли я на этом заказе не получил, — признается Быстров. — Даже если б очень захотел, все равно не вышло бы. У отца Петра не забалуешь — он каждую копейку считает, извините за каламбур, предприниматель от Бога".

Помимо красной церкви в Вичуге есть еще один объект, который возводили всеобщими усилиями, — это аллея в центре города. Вроде бы ничего особенного: чугунные фонарики, скамейки, фигурная плитка. Но у главы администрации своя теория. "Из таких "культурных точек" в конечном итоге формируется культурное пространство, — говорит Вячеслав Ступин. — Мы, честно говоря, опасались, что фонари побьют, скамейки разломают, урны попереворачивают. Но этого не случилось. Может быть, и потому, что проект делали наши ребята, обучающиеся в Иванове в архитектурно-строительной академии. А может, и потому, что эта аллея — пример возрождения нормальной жизни, пример, который можно руками пощупать. Как-то попытался один подвыпивший парень фонарь разбить, так ему сами же ребята по голове и настучали — им тоже хочется жить в городе, где есть такие ухоженные места". В самом конце обновленной аллеи стоит напоминающий Пизанскую башню памятник Ленину. "Несколько лет назад его пытались скинуть, но вмешалась милиция. С тех пор Ильич у нас слегка заваливается, — рассказывает зам Ступина Дмитрий Соколов. — Для нас этот памятник — не ностальгия по советским временам, а вроде как символ: гнемся, но не ломаемся".

статья из журнала № 3 [4] Март 2006