ОТДЕЛ КАДРОВ

«Виртуальный рынок работает по тем же законам, что и реальный»

Вячеслав Шоптенко,
заместитель директора по инновациям Института технологий в образовании АНХ при Правительстве РФ и один из организаторов GMC в России, считает, что этот конкурс не только является эффективной технологией бизнес-образования но и способствует повышению авторитета нашего бизнеса на мировом рынке.

Как GMC пришел в Россию?

Дело в том, что во время игры сложилась ситуация, когда на старте Китай занимал небольшую долю рынка (в си-муляторе для Поднебесной была заложена такая же стратегия развития, какую они используют в реальности: производство недорогого продукта, снижение издержек), и с течением игры доля «виртуального» Китая выросла до 30 процентов. То есть модель дала понять, что если ничего не предпринимать, то в реальной жизни может случиться то же самое. Это и поразило маркетологов.

Сейчас очень многие наши компании и бизнес-школы активно используют подобные технологии для обучения, формирования внутреннего кадрового резерва и так далее. Это хороший способ обучения для менеджеров, когда их погружают в тренажер, ставят выше в должностной иерархии и люди получают глобальное видение компании.

Кому в первую очередь интересно участие в GMC и сколько это стоит?

В. Ш.: Если говорить про контингент участников GMC в России, то процентов 40 — это корпоративные команды, 30 — бизнес-школы АНХ, «Мирбис», президентcкая программа подготовки кадров и еще 30 процентов — смешанные команды из разных компаний, ассоциаций выпускников бизнес-школ. Последняя категория платит за участие самостоятельно, и столь высокого процента людей, которые будут участвовать в состязании за свои деньги, мы, конечно, не ожидали, несмотря на то что регистрационный взнос в принципе небольшой — 50 тысяч рублей с команды. Остальные деньги выделяют спонсоры, крупные компании, которые таким образом позиционируют себя как привлекательные работодатели, более того, они присматриваются к участникам, особенно к студентам, берут их на заметку, рассматривая в качестве потенциальных работников.

Почему для проведения следующего международного финала GMC был выбран Ханты-Мансийск, а не Москва или Санкт-Петербург, как это обычно бывает с такими мероприятиями международного значения?

В. Ш.: Это небольшой город — всего 70 тысяч населения — с одной из самых развитых инфраструктур в стране. Мне понравилось, как охарактеризовал город во время своего выступления на прошедшем международном финале GMC в Лиссабоне член российского жюри конкурса замминистра промышленности и энергетики РФ Станислав Наумов: «Ханты-Мансийск — это новое лицо России». Ханты-Мансийск достаточно известная за рубежом столица различных зимних спортивных состязаний. В этом регионе мы впервые опробовали региональный формат GMC — проект под названием «Кубок Югры по управлению бизнесом "Точка роста"». Город сейчас собираются активно инвестировать в диверсификацию экономики, и проведение подобных мероприятий является частью развития кадрового потенциала для этого процесса.

И насколько успешно прошел региональный проект? Была ли отдача?

В. Ш.: Всего участвовало 128 команд, примерно треть из них — крупные компании, вторая треть — малый и средний бизнес в рамках программы поддержки предпринимательства в регионе, а остальной контингент — студенты вузов. В финале регионального проекта были команды «Сургутнефтегаза», Ханты-Мансийского банка, местного отделения «Роснефти». Интересно, что в финале конкурса второе место заняла студенческая команда Югорского государственного университета, проигравшая только команде РИТЭКа, дочерней компании ««ЛУКойла». У представителей бизнеса и местной администрации эти ребята вызвали интерес, сейчас они доучиваются, и я думаю, что после этого их с удовольствием будут приглашать на работу. Сейчас мы смотрим на экономически развитые регионы и думаем, кому из них еще будет интересно реализовать подробный проект. Ведутся переговоры с Иркутской областью, Краснодарским краем, проявила интерес Кемеровская область. При поддержке правительства и крупных бизнес-структур сейчас, в Год молодежи, можно запустить этот проект в региональном разрезе, создать его «филиалы». Я думаю, мы сумеем охватить в ближайшей перспективе четыре-пять регионов.

Как складывается судьба победителей, насколько влияет участие в GMC на их карьеру?

В. Ш.: Мы думаем о том, как вести такую статистику. Пока я только знаю единичные случаи — я узнаю о них от тех людей, с которыми лично поддерживаю контакт. Студенческий проект, например, мы используем как кадровую подпитку для себя—у нас работают уже три человека, которые прошли через этот конкурс. В данный момент мы планируем привлечь на работу к себе одного из победителей международного финала нынешнего года из Новосибирска. Представители Минпромторга просили резюме остальных трех участников команды-чемпиона. Мы пытаемся наладить контакт между участниками GMC, причем на международном уровне. Сейчас идет большая дискуссия на эту тему, много говорят об организации Клуба выпускников для участников соревнований, а их по всему миру более 390 тысяч. Осенью в Париже на базе Сорбонны предполагается проведение Международного студенческого форума. На мероприятие приглашаются полуфиналисты соревнований, а в России это 320 человек каждый год. Также мы предлагаем интерактивный формат общения на нашем сайте, у нас есть виртуальный Экспертный клуб, состоящий из чемпионов прошлых лет, работает форум.

Почему Китай так часто побеждает в международных финалах: шесть раз за последние десять лет, если сложить результаты сборной Китая и автономной территории в составе КНР — Макао?

В. Ш.: В Китае самая высокая конкуренция — в отборочных соревнованиях участвует около пяти тысяч человек. Китайцы в свойственной им манере отлаживать до автоматизма все бизнес-процессы доводят их до совершенства. Мы даже заметили зависимость: в тех сценариях, где описывается растущая экономика, им прекрасно удается оптимизировать процессы, довести до совершенства операционный менеджмент, планирование. То есть там, где нужно механистически управлять, Китай демонстрирует отличные результаты. Однако в этом году, как уже говорилось, был кризисный сценарий, где нужно работать в динамично меняющихся условиях, и на высоте оказались Россия и Польша. В так называемых предпринимательских сценариях (когда моделируется стартап) китайцам также тяжело, здесь опять-таки лидируют команды из восточноевропейских стран.

Можно ли говорить о том, что успешное участие в GMC представителей стран Восточной Европы, Китая, России — показатель большого потенциала их экономик?

В. Ш.: Учитывая тот факт, что участники в основном молодые — редко увидишь в финале команды со средним возрастом старше 30 лет, — я действительно считаю, что можно говорить о такой корреляции. Те страны, которые сейчас успешно участвуют в игре, лет через пять могут показать всплеск в развитии. Франция, Великобритания, Испания, Португалия, Италия, Германия тоже участвуют в GMC много лет, но там все бизнес-процессы уже устаканились, все немного стагнирует, у них довольно высокий уровень пассивности, в то время как у восточноевропейских стран есть креативность, предпринимательский дух, авантюризм в какой-то степени, которые позволяют им идти вперед. Результаты GMC говорят о том, что в будущем эти страны могут быть успешными в развитии собственных компаний, произведут качественный скачок на мировом рынке.

статья из журнала № 6-7 [33] июнь-июль 2009