Будущее: от прогноза — к влиянию

Стоящие перед Россией задачи прорывного развития требуют от общества, власти и бизнеса кардинально новых подходов в создании стратегического видения будущего экономики нашей страны

Виктор Христенко министр промышленности и энергетики России

Хочу начать с одного своего студенческого воспоминания. В 1974 году мне в руки случайно попала — кто-то привез из-за рубежа — книжка одного американского футуролога «Компьютеры и общество». И мои преподаватели согласились, чтобы я вместо походов на семинары по английскому языку переводил эту книгу. Содержание книги было для меня абсолютной фантастикой. Ведь что мы знали о компьютерах в 1974 году? Это были громадные, занимавшие целые комнаты машины, которые, по большому счету, являлись не более чем усовершенствованными арифмометрами. А в книжке рассказывалось про будущее, которое сформируется под воздействием этих машин, — речь шла примерно о 50-летней перспективе. Про то, как изменится сам характер работы человека, как изменится мировая экономика, наука. И это была не какая-то беллетристика, а достаточно серьезный труд.

Я читал и думал: как бы до этого дожить? Многое из того, что предсказывалось в книге, уже стало для нас повседневностью. И тот, кто в свое время сделал ставку на компьютеризацию, оказался впереди. Потом было очень жалко: почему же мы не вскочили в эту лодку, не предвидели этого?

А ведь у нашей страны есть свой богатейший опыт экономического прогнозирования, причем не только узкоотраслевого, но и связанного с масштабными преобразованиями народного хозяйства в целом. Достаточно вспомнить работу Комиссии по изучению естественных производственных сил России, начатую под руководством Владимира Ивановича Вернадского еще в 1915 году и продолженную после революции: результатом этих усилий стал знаменитый план ГОЭЛРО, предначертавший грандиозный план преобразования нашей экономики. Нельзя не упомянуть и последующие достижения советских прогнозистов.

Отдавая должное этому опыту, мы не должны его абсолютизировать. Хотя бы потому, что из процесса создания этих планов-прогнозов было исключено общество, в том числе и самая его экономически активная часть. Сегодня подобный подход к созданию образа будущего экономики нашей страны, образа, способного оказывать реальное воздействие на это будущее, неприемлем. Неприемлем по одной простой причине: будучи навязанным, он окажется ходульным, надуманным, не учитывающим возможности и стремления самых широких общественных сил, и прежде всего предпринимательства. По велению «сверху» можно построить какую-то электростанцию или начать разработку каких-то месторождений. Но нельзя уловить те еще робкие ростки, которые через определенное время станут генерализующей линией экономического развития. Упомянутая в начале этой статьи книжка, прогнозирующая приход компьютерной эры, лишь один из небольших, но удачных примеров такого консенсусного формирования видения будущего.

Консенсус — основа прорыва

Именно консенсусный принцип в определении путей развития экономики наше министерство последовательно реализует последние годы. В подтверждение этого скажу несколько слов о стратегических итогах 2007 года. Только за этот год были утверждены разработанные под эгидой и при прямом участии Минпромэнерго стратегия по развитию судостроения, стратегия по развитию транспортного машиностроения, одобрена стратегия по развитию химической и нефтехимической промышленности, завершена работа над стратегией по развитию металлургии. Если еще вспомнить, что в прошлом году у нас практически завершена работа над генеральной схемой размещения объектов электроэнергетики и что мы активно трудимся над генеральными схемами развития газовой отрасли, трубопроводного транспорта, то можно сказать: инструменты долгосрочного стратегического планирования прочно вошли в нашу повседневную работу. Часть из упомянутых прогнозных документов рассчитаны на достаточно длительный период — до 20 лет, некоторые, более среднесрочные, заглядывают на 8 лет вперед. Но все они построены вокруг главной цели: попытаться взглянуть на состояние, на возможности позиционирования российских крупных отраслей в том глобальном мире, в котором мы все сегодня живем.

Еще раз хочу подчеркнуть: все эти прогнозные разработки являются продуктом совместной работы. Мы использовали и внутренние стратегии корпоративного развития российских компаний, и отраслевую науку, и широкое вовлечение экспертного сообщества. Мы опираемся в том числе и на совместное с компаниями представление и о тех инструментах, которыми может пользоваться государство, и о тех проектах, где государство и частный бизнес могут найти себе партнерство. Поэтому государственно-частное партнерство на всех этапах разработки и реализации этих стратегий, мониторинга реализации для нас является ключевым.

Разрабатывая отраслевые стратегии, мы столкнулись с необходимостью межотраслевой координации, установлением связей между различными секторами. Так, при подготовке комплекса мер по развитию металлургии мы вышли на понимание необходимости связать эти меры с развитием автопрома. И это дало результат: на сегодняшний день мы видим миллиардные инвестиции металлургов в новые технологии, в новые листопрокатные станы, в создание крупноштамповочных производств. Иными словами, эта межотраслевая связка, заложенная в стратегическом прогнозе, сработала, поскольку и оценки нашего внутреннего спроса на автомобили, и оценки перспектив самих автомобилестроителей по разворачиванию и локализации производств дали точный сигнал для многих их смежников, которые успели сделать правильные ставки и спланировать необходимые инвестиции. Если мы возьмем энергетическую стратегию, то здесь комплекс связей окажется еще богаче, сложнее — хотя бы в силу того, что это инфраструктура, а инфраструктура затрагивает все части экономического организма. Поэтому, работая над стратегическим видением развития энергетики, мы привлекли еще более широкие предпринимательские и экспертные слои.

Однажды двадцать лет спустя

Сейчас идет активная работа над концепцией долгосрочного социальноэкономического развития страны до 2020 года и над долгосрочным прогнозом научно-технического развития России на период до 2025 года. Важно, чтобы в ходе разработки столь масштабных планов мы использовали весь накопленный нами опыт и весь опробованный инструментарий стратегического планирования. При этом мы должны в полной мере задействовать и такие достаточно новые для нашей страны методы прогнозирования, как форсайт (см. справку «Что такое форсайт?» — «ЭПРО»). Форсайт расширяет спектр инструментов по долгосрочному прогнозированию, поскольку содержит в себе не только прогностические, но и коммуникативные возможности. Такой подход вызван актуальнейшей потребностью сформировать консенсусное видение тех долгосрочных перспектив, того представления о будущем, которое существенно для выработки межотраслевых форм взаимодействия, для отраслевых стратегий, генеральных схем на 30и даже 50-летнюю перспективу.

В качестве примера направлений, где такой подход чрезвычайно важен и актуален, я мог бы привести близкую мне тематику глобальной энергетической безопасности. Совсем недавно, на Всемирном энергетическом форуме в Риме, мне пришлось принимать участие в большой дискуссии с моими коллегами из США, Ближнего Востока, Европы, в ходе которой, в частности, обсуждалась роль России в мировой энергетике. Дискуссия велась вокруг традиционной темы — наших возможностей и способностей поставлять на мировой рынок нефть и газ. Мне же пришлось перевести дискуссию в другую плоскость, связанную как раз с видением роли нашей страны в глобальной энергетической безопасности не только сейчас, но и в будущем, где традиционную энергетику может потеснить водородная, а если брать и более отдаленные перспективы, то и термоядерная. И в такой новой энергетике, новой глобальной экономике, заверил я участников обсуждения, без России не обойтись. То есть, несмотря на наличие нефти и газа, мы собираемся в глобальной энергетической тематике присутствовать всегда.

Это было, конечно, достаточно смелое, можно сказать, амбициозное заявление, но вовсе не лишенное оснований. Поскольку — возвращаюсь опять к необходимости стратегического прогнозирования, основанного на консенсусном видении будущего, — мы ставим себе цель сконцентрировать ресурсы на указанных направлениях. Сконцентрировать ресурсы, чтобы реализовать такое представление о будущем мира и о значении для него тех или иных важнейших элементов, которое бы обеспечило нам достойное место в этом самом будущем.

Риски, ожидающие нас на этом пути, велики. Говоря о будущем, скажем, той же самой энергетики (водородной и термоядерной), мы осознаем, что цепочка последствий колоссальна: ведь меняется представление о материалах, о технологиях, конструкциях и т. д. Столь же масштабны и связи перспектив энергетики со сценариями развития других отраслей. Это в еще большей степени накладывает на нас ответственность при работе над будущим — а именно так можно обозначить цели наших прогностических усилий.

Сейчас Минпромэнерго развертывает работу по промышленно-энергетическому форсайту. Надеюсь, что данная статья будет воспринята как призыв к ведущим силам в бизнес-сообществе, в экспертных и научных кругах принять участие в этом масштабном проекте.

Настоящая статья создана на основе выступления на Координационном комитете по форсайту Экспертного клуба Минпромэнерго РФ 19 декабря 2007 года. Положение о комитете и его состав см. www.minprom.gov.ru

статья из журнала № 1-2 [23] Январь-Февраль 2008