Нестандартное решение

Требования к безопасности продукции в России станут строже, но бизнес от этого только выиграет — считает директор департамента технического регулирования и метрологии Минпромэнерго России Марина Глазатова

Фёдор Жердев
Фото Сергея Крестова

Требования к выпуску любой продукции в России до настоящего времени определяются ГОСТами — государственными стандартами и иными ведомственными документами, разработанными еще в СССР. В 2003 году вступил в силу закон, согласно которому ГОСТы сохранили силу лишь в той части, в которой они определяли соблюдение норм безопасности производства и продукции. Все остальные требования ГОСТов стали необязательными.

На смену системе ГОСТов должны прийти технические регламенты — документы, которые будут определять требования по безопасности к целым группам производств и товаров. С принятием техрегламентов ГОСТы окончательно утратят обязательную силу.

Э: Марина Константиновна, первый вопрос я задам вам по просьбе знакомых бизнесменов. Они хотят наладить в России выпуск профилей ПВХ — тех, что применяются в пластиковых стеклопакетах. Их западный партнер — не буду его называть — известнейшая в мире фирма. Однако разрешение от российских органов технического регулирования эти предприниматели не получили — якобы технология, которую они получат от своих западных партнеров, не отвечает нашим нормам по безопасности. Как так: помешанных на экологии западников нормы устраивают, а нас нет?

Марина Глазатова: Без изучения обстоятельств дела вряд ли я могу сказать сейчас что-то конкретное. Но очень часто наши нормы, может быть, их отдельные параметры действительно строже, чем, к примеру, в Евросоюзе или США. Так что можно сказать, что это мы, как вы говорите, "помешаны" на безопасности. Часто это правильно и хорошо.

Э: Не могу спорить. Но как в таких случаях бизнесу поступать?

М. Г.: Выход простой: если кто-то не согласен с решениями официальных органов, он может пойти в арбитражный суд и подать иск. У меня нет сейчас на руках точной статистики, но могу сказать, что примеры, когда бизнес выигрывает, есть.

Э: И все же, речь идет об инвестициях в Россию. Из-за запрета страна не получит современного производства.

М. Г.: Итак: первый путь — в суд, если речь идет о необходимости безотлагательного решения. Что касается возможных проблем в будущем, то их можно предотвратить заранее, участвуя в разработке или обсуждении проектов технических регламентов.

Э: А зачем, собственно, было затевать переход с системы ГОСТов, которая более-менее исправно действовала многие десятилетия, на систему технических регламентов. Не проще ли было обновить и кодифицировать документы?

М. Г.: Во-первых, такая работа по объему и затратам времени вполне сопоставима с той, что проводится для создания технических регламентов. Ведь ГОСТов было принято около 26 тысяч. Во-вторых, есть и другие причины. ГОСТы, как документы, накладывающие ограничения на производство, на бизнес, экономически и общественно очень значимы. А принимались они только на ведомственном уровне. Для технических регламентов принципиальным является их статус — это либо федеральный закон, либо указ президента или постановление правительства. Юридически и социально документ только выигрывает.

Э: Это, как я понял, первая причина перехода от ГОСТов к регламентам. А другие?

М. Г.: Вторая причина состоит в том, что мы привычно пользуемся требованиями и правилами, которые установило государство еще во времена, когда было единственным заказчиком и единственным производителем. Но у нас давно появился спектр первичных потребителей и заказчиков, в котором государство стало одним из участников — только по государственным заказам. Государство не должно и не может определять, какой товар, по какой технологии, из каких компонентов должно выпускать каждое из этих тысяч предприятий. Мы оставили за собой только определение норм безопасности и контроль за их соблюдением. Именно они и закреплены в технических регламентах.

Третья причина замены — многие ГОСТы были разработаны уже несколько десятков лет назад. Они попросту устарели и — если бы мы требовали их жесткого соблюдения — могли бы затормозить развитие экономики.

Э: Когда произойдет полная замена ГОСТов на техрегламенты?

М. Г.: Что касается основной части тех регламентов, то на ее разработку законом отведено семь лет. Так что к 2010 году должна быть создана целостная база из 300-400 регламентов.

Но это не значит, что потом новые технические регламенты не будут приниматься. Постоянно изобретаются новые материалы, могут возникать и новые требования по безопасности. Ведь какое-то время назад мы не знали, что асбест вреден. И его широко применяли в строительстве. Затем, когда опасность этого материала для человека была выявлена, нормы по безопасности в строительстве были изменены с учетом этого нового знания. Или другой пример: мы сейчас не до конца понимаем, что делать с генетически модифицированными продуктами. Когда мы это поймем, тогда может появиться необходимость изменить техрегламенты относительно таких продуктов.

Э: Вы привлекаете бизнес к разработке технических регламентов?

М. Г.: Да, безусловно. Разработка технических регламентов может вестись в инициативном порядке, и она ведется в инициативном порядке, — если посмотреть "Вестник технического регулирования", то там можно найти много уведомлений именно от отраслевых бизнес-ассоциаций, которые разрабатывают технические регламенты.

Что касается реализации программы правительства — разработка 74 техрегламентов реализуется через конкурсное распределение средств. По каждому техническому регламенту проводится конкурс, и среди победителей таких конкурсов очень много негосударственных организаций.

Э: Среди условий для победителя есть ли обязательное вовлечение в подготовку документа всех заинтересованных структур? Например, условно говоря, тот, кто победил на конкурсе по разработке техрегламента для молочной отрасли, обязан ли привлечь к работе над документом "Данон" или "Вимм-Билль-Данн"?

М. Г.: То, о чем вы говорите, в интересах самого разработчика. Он, согласно условиям конкурса, может разработать регламент сам, никого сюда не привлекая. Но как только документ разработан, тут же возникает необходимость публичного обсуждения текста — это обязательный, закрепленный в законе этап. И обойти эту норму никак нельзя. Таким образом, "Вимм-Билль-Данн" или другое заинтересованное лицо имеет возможность принять участие в этой работе независимо от желания разработчика. В большей мере это зависит от его собственного желания. В интересах разработчика еще на этапе создания текста привлечь к этому процессу всех заинтересованных лиц. Иначе все замечания он вынужден будет вносить в уже созданный проект документа — это же лишние траты, кому они нужны?

Э: А вдруг найдется такой "неэкономный" разработчик?

Многие ГОСТы были разработаны несколько десятилетий назад. И если бы мы требовали их соблюдения, то затормозили бы развитие экономики

М. Г.: Значит, он вынужден будет учесть замечания заинтересованных сторон во время публичного обсуждения. Его, как я уже говорила, не избежать. По итогам обсуждения обязательно составляется сводная справка замечаний и предложений, на основании которой в текст вносятся изменения. Затем документ поступает на экспертизу. В состав экспертной комиссии, кстати, входят профессионалы — представители науки, бизнеса, органов власти. И только затем проект техрегламента поступает в правительство или Государственную думу. Так что создать документ в интересах какой-то одной структуры никому не удастся. Это будет результат максимально возможного компромисса всех заинтересованных сторон.

Э: Предположим, я — заинтересованное лицо в появлении какого-то регламента. Как мне попасть на это публичное обсуждение или в экспертную комиссию?

М. Г.: Самый простой способ — загляните на сайт нашего министерства. Там информация постоянно обновляется. Другой способ — поинтересуйтесь у отраслевых предпринимательских ассоциаций, которые входят в Общественный совет при министерстве. Их сейчас в совете около ста. Информацию можно получить и через "Вестник технического регулирования". Словом, если вы заинтересованное лицо, то вам труднее не получить информацию, чем получить ее.

Э: Вы сказали, что ряд техрегламентов разрабатывается в инициативном порядке бизнесом — на такие проекты также распространяется необходимость публичности создания и обсуждения документа?

М. Г.: Конечно. Все разработчики обязаны соблюдать одни и те же правила. Они обязаны опубликовать сведения о том, что начата разработка такого-то технического регламента, что производится она тем-то, что технический регламент называется так-то, дают свои координаты. Разработка техрегламента не по программе правительства, а в инициативном порядке требует участия субъекта законодательной инициативы для внесения техрегламента на рассмотрение в парламент. Во всем остальном работа по написанию техрегламента в рамках правительственной программы ничем не отличается от работы в инициативном порядке.

Э: Как переход на техрегламенты повлияет на работу соответствующих служб предприятий — потребуется ли, например, переобучение техдиректоров?

М. Г.: Вряд ли. Ведь технические регламенты направлены на безопасность и касаются объективных технических характеристик продукции, а законы физики и химии пока все те же.

Что касается организационной части, то я уверена, что работать техническим службам предприятий станет даже легче. Технические регламенты повышают прозрачность и стабильность. Вместо неизвестно когда опубликованных тысяч документов будет несколько сотен, которые без опубликования в "Российской газете" просто не вступят в силу.

Что касается кадрового потенциала, то он будет еще больше востребован, поскольку уровень ответственности за невыполнение требований резко повышается.

Э: За счет чего?

М. Г.: ГОСТы — ведомственные акты, техрегламент — закон. Нарушение ведомственного акта можно согласовать. И это практиковалось сплошь и рядом. А с кем согласовывать нарушение закона?

Э: Как введение регламентов скажется на условиях внешнеторговой деятельности наших компаний?

М. Г.: Самым благоприятным образом, потому что наши партнеры получат, во-первых, прозрачную, во-вторых, стабильную систему требований. И в этом случае они могут строить бизнес-планы хотя бы на среднесрочную перспективу от трех до пяти лет, потому что поменять федеральный закон не так-то просто.

Многих беспокоит другое: не ослабим ли мы при переходе от ГОСТов к регламентам нормы по безопасности, ведь они у нас зачастую гораздо более жесткие, чем в среднем в мире? Здесь могу ответить очень жестко: нормы будут закладываться в интересах Российской Федерации. Да, мы максимально гармонизируемся. Но если это не отвечает нашим условиям — а на нашей территории семь климатических и географических и одиннадцать почвенных зон, — то мы вводим собственные нормы.

Э: Унификация правил по безопасности с мировыми нормами облегчит сертификацию нашей продукции за рубежом.

М. Г.: Должна облегчить. Когда все говорят на одном языке, понимать друг друга легче. Но за все надо бороться. Мировой рынок — это прежде всего конкуренция, а не игра в поддавки.

Э: При всей устарелости ГОСТов в них была прописана технология, соблюдая которую предприятие могло быть уверено в том, что его продукция попадет на рынок без препятствий с вашей стороны. В регламентах технология прописываться не будет. Это значит, что расходы на ее разработку лягут на сам бизнес?

М. Г.: Вовсе нет. Технический регламент сопровождается совокупностью национальных стандартов — в них предлагаются возможные технологические решения. Вы — малое предприятие, у ваc нет своих технологов, которые бы вам его разработали, нет денег на проведение исследований. Нет и не надо — государство о вас позаботилось, оно предлагает вам готовое техническое решение в виде национального стандарта.

Но именно возможное, а не обязательное техническое решение. Хочешь — пользуйся, не хочешь — изобретай что-то свое, может быть, более новаторское. Главное — соблюдай нормы безопасности. Вот в их самовольном "исправлении" и "корректровке" инициатива наказуема.

статья из журнала № 1 [1] Ноябрь 2005